В глубокой осенней темноте Ирина просыпается от мелких капель дождя. Непривычный, мерцательный свет лампочки окружает ее комнату как холодная пленка, заставляя чувствовать себя словно в таинственном сне. Казалось бы обыденной болью в ногах она понимает, что несчастие уже на пороге......
– Ты будешь иметь эту информацию!
– Хорошо! Вечером, часов в 9 подходи, познакомишься с командирами групп. Возможно, будет еще что обсудить.
Никонов ответил:
– Договорились! В 21-00 я у вас в казарме!
– Ну, а я пойду, Гена, поработаю с нашими осетинскими коллегами!
– Давай! До встречи!
Крымов, выйдя из штаба, вызвал Кастуева. Тот сразу же ответил:
– Слушаю, Вадим!
– Ты где сейчас?
– На оружейных складах! А что, нужен?
– Да поговорить бы надо!
– Мне подойти в казарму?
– Нет, выходи на плац. За ним аллейка удобная, со скамейками.
– Добро! Минут через пять буду!
Начальник отдела спецмероприятий переключился на Тимохина:
– «Орион»! Ответь «Крыму»!
– Слушаю!
– Чем занимаешься?
– Груши околачиваю!
– А если серьезно?
– Отдыхаю!
– Не рано ли?
– В самый раз!
– Ты вот что! Давай-ка выходи на плац. С него увидишь аллею за полосой кустарника. Я буду там. И Кастуев тоже!
Тимохин подошел через три минуты. Присел на скамейку рядом с другом, спросил:
– И чего вызвал?
– У тебя по-прежнему сомнения насчет агента?
– Что ты, Крым! Раз приказано доверять ему, то я доверяю.
– В смысле?
– Вспомни «Черных дьяволов»?! Реваз организовал провокации на границе по высшему разряду.
– А результат? Где теперь эти «Черные дьяволы»?
– Они были обречены на гибель. Потому что кто-то тогда в штабе грузин так же, как и в настоящее время, сливал секретную информацию Потапову. Кстати, Владимир Дмитриевич так и не рассказал, откуда он получал ценные и достоверные разведданные.
– Ну и что? В августе Реваза раскрыли и сейчас сливают.
– Вот именно! А Кандеашвили не тот человек, чтобы два раза на одни и те же грабли наступать. После войны он наверняка стал еще осторожней. Значит, может перестраховаться.
– Что ты имеешь в виду?
– Не знаю, но чувствую, Реваз готовит нам какую-то подлянку! Очень уж гладко все у нас начинается. Как бы не попасть впросак, Крым?!
– Ты можешь объясняться конкретней?
Тимохин посмотрел на Крымова.
– Могу! Но не сейчас!
– Ни хрена не понял.
Из-за кустов раздался голос Кастуева:
– Чего это ты, уважаемый Вадим Петрович, понять не можешь? Если не секрет, конечно?
– Да какой к черту секрет? Тут вот мой командир первой боевой группы Сан Саныч Тимохин сомневается в том, что банды Кандеашвили нанесут удар по колонне комиссии в районе Зонкари.
Кастуев взглянул на Александра:
– У тебя есть причины для сомнений?
– Да нет у меня ничего.
