В глубокой осенней темноте Ирина просыпается от мелких капель дождя. Непривычный, мерцательный свет лампочки окружает ее комнату как холодная пленка, заставляя чувствовать себя словно в таинственном сне. Казалось бы обыденной болью в ногах она понимает, что несчастие уже на пороге......
Удачи вам!
– Спасибо, дорогой, спасибо! Она нам с женой не помешает.
Повесил трубку на рычаг телефона-аппарата и Отар Дания. Вышел из-под козырька, осмотрелся. Откровенной слежки за собой Дания не заметил. Он прошел к «Ниве», сел на сидение переднего пассажира.
Юшко спросил:
– Как переговоры?
– Об этом позже. Ответь лучше, за мной никто с дороги не наблюдал?
– Да нет! Мы с Бородой внимательно отслеживали обстановку.
– Хорошо! Теперь о переговорах. Антиквар готов хоть сегодня выкупить свою дочь. Но на мои условия не согласился, выставил свои.
Шахматов воскликнул:
– И ты позволил этой барахольной крысе диктовать условия?
Дания повернулся к подельнику:"
"– Я бы не позволил, Рубен, если дело касалось выкупа. Но, если не забыл, у нас в городе совершенно иная задача, нежели похищение детей. Поэтому я дал антиквару поговорить. К тому же в разговор активно вступила его жена. А эта дамочка с характером. Не понятно, почему живет с таким рохлей. Но черт с ней, это, в конце концов, ее дело, с кем жить.
Шахматов ухмыльнулся:
– И, наверняка, вовсю обвешивать рогами богатенького лоха.
– Это тоже не наше дело. В общем, сошлись на том, что завтра, в те же 10-00 я сообщу Зудину свое решение по порядку передачи дочери. И вот завтра уже никаких торгов не будет. Впрочем, я предложу ему вариант, который устроит всех. И нас и Зудиных!
Юшко спросил:
– Сейчас домой?
Горец утвердительно кивнул:
– Да! Высадишь нас возле больницы, дальше мы с Бородой пойдем пешком. Ты вернешься, поставив машину.
– Понял!
– Поехали!
Дания с Шахматовым вернулись домой в 13-10.
Войдя в квартиру, Горец спросил Мамедова:
– Как девочка?
– Все нормально, шеф! В 10 часов покормил ее. Потом организовал ванную, чистюлей оказалась девка.
– Мать к чистоте приучила. И правильно. Следит за ребенком.
– Вот только не знает, что ждет ее дитя!
– Узнает! Переживет! Еще родит, какие ее годы?
– Если не спрыгнет с ума!
– Оклемается.
Бандиты прошли на кухню, пообедали.
После чего Горец решил отдохнуть. Но только прилег на диван в гостиной, как сотовый издал мелодию вызова. Дания подумал, у Румына проблемы, но оказалось, звонил сам Реваз Кандеашвили. И это было неожиданно.
