В мире чернил и теней начинается история о решении, которое изменит жизнь главной героини. Она берет на себя рискованную сделку с магом, чьи намерения остаются неопределенными. Какие опасности её ждут за пределами света? Атмосфера книги наполнена загадкой и ожиданием открытий каждый новый момент в истории героини....
Прислушавшись, я уловила:
— Нет, ну это уму непостижимо! Не роща, а катастрофа! Стража говорит — светлая пошла сюда. Я иду, обхожу всё, её нет. Зато натыкаюсь на ловчего. Иду за ним, а он как сквозь землю провалился! Ну не взлетели же они, в самом деле!
Я сдавленно хихикнула. Виссер, тоже прислушивавшийся к разговору, с трудом сдерживал смех. Теон побродил ещё несколько минут по берегу, а затем медленно пошёл прочь. Остановившись у тропинки, он обернулся и ещё раз громко позвал:
— Господин Виссер! Я знаю, что вы здесь! Выходите, а то хуже будет!
— Слышал? — давясь от смеха, шепнула я.
— Ага, нашёл дурака, — тихо отозвался княжеский ловчий, зорко следивший за каждым шагом дознавателя.
— Всё хотела спросить, — пользуясь случаем, я озвучила интересующий меня вопрос: — Насколько я поняла, ты тут вроде командира стражи. Но почему — ловчий? У нас это вроде егеря.
— Да какой там командир, должность — «не пришей кобыле хвост», — Виссер махнул рукой. — Княжеский ловчий от имени князя по его приказу занимается решением некоторых финансовых и хозяйственных вопросов.
— По описанию ты вроде великого инквизитора и главы тайной канцелярии в одном флаконе, а на деле бегаешь даже от Теона? — хмыкнула я. — Получается, обязанностей больше, чем прав? Этакий подай-принеси, отвали-не мешай?
— Вроде того, — неохотно буркнул мужчина.
Пожав плечами, я вновь открыла книгу и, дочитав главу про лимасток слизистый, перешла к следующей. Как на грех, она оказалась про лимирею. Покосившийся в книгу Виссер не удержался от замечания:
— Привлекают тебя возбуждающие травки, смотрю.
— О тебе ж забочусь! — моментально отреагировала я. — Душа за тебя болит, понимаешь. Как ни посмотрю — вечно один, да угрюмый. И вчера ведь выскочил нас встретить, а я так необдуманно озвучила, для чего. Постеснялся, небось, у князя попросить хоть листочек этой волшебной травки.
Во время моей пламенной тирады Виссер то бледнел, то краснел, а затем рыкнул:
— Я тебя сейчас придушу!
— А кто же тогда для тебя зелье сварит? — скорбно вопросила я.
Ловчий испепелял меня взглядом, сжав руки в кулаки.
— Тихо, тихо, — примирительно выставила я ладони.
