В мире чернил и теней начинается история о решении, которое изменит жизнь главной героини. Она берет на себя рискованную сделку с магом, чьи намерения остаются неопределенными. Какие опасности её ждут за пределами света? Атмосфера книги наполнена загадкой и ожиданием открытий каждый новый момент в истории героини....
Но продолжай, мне интересно.
— Гадёныш! — заорала я, до глубины души уязвленная тем, что на меня навесили какую-то неведомую «следилку», пусть она и действовала избирательно. — Сволочная сволочь!
— Было, — лениво отозвался он. — Не считается.
Обозлённая, я спрыгнула с подоконника, схватила со стола какую-то книгу и запустила в мага. Он без труда поймал её. А в него уже летели блокнот и карандаш. На этом предметы на столе закончились, но я жаждала мести и, недолго думая, запустила в него кроссовками. Айлин даже не поднял голову, поймал обувь и небрежно поставил её рядом с кроватью.
— Всё? — осведомился он. — Закончились и слова, и вещи?
Я сдёрнула со стола скатерть и, на ходу сложив её пополам, попыталась стукнуть его хотя бы ей. Маг ловко перехватил ткань и сильно дёрнул на себя. Потеряв равновесие, я шагнула вперёд, оказавшись слишком близко. Запоздало отпустила скатерть, попыталась отскочить. Не успела. Он поймал меня за талию и ловко замотал в скатерть на манер буйнопомешанного пациента психбольницы. Улыбнулся:
— Попалась.
— Я буду кусаться! — злым тоном предупредила, пытаясь освободиться. Напрасно: его сиятельство знал толк в обездвиживании человека с помощью подручных предметов.
— Что на тебя нашло? — поинтересовался он.
— А нечего за мной следить! — я дёргала плечом, стараясь вытащить руку.
— Знак передаёт мне только сильные эмоции, — с лёгкой улыбкой пояснил князь. — Но лишь в том случае, если в них присутствуют страх или страсть. Две мои любимые эмоции, светлая. Сегодня был страх пополам с удивлением.
— Зачем тебе это? — я поняла, что попытки высвободиться успехом не увенчаются и расслабилась, выжидая удобного момента для очередного рывка.
— Не скажу, — он слегка ослабил хватку и щёлкнул пальцами, погружая комнату в полумрак.
Воспользовавшись этим, я дёрнулась, отскочила назад, разматывая чёртову скатерть. Едва не упала, но удержала равновесие. Швырнула ткань в сторону кровати и услышала, как она мягко упала. Застыла на месте, прислушиваясь. Ни звука. Тихо отступила к стене и щелчком зажгла свет.
— Твою дивизию! — обессилено ругнулась я, опускаясь на стул. — Вот какого чёрта меня так пугать? Так и до инфаркта недалеко.
Из ванной неспешно вышел Петер, запрыгнул ко мне на колени, замурлыкал.
— Вот только ты не испытываешь мои нервы на прочность, — вздохнула я, поглаживая кота. — Идём спать, зверик, утро вечера мудренее. Тем более мы с тобой, похоже, на одной ступеньке местной социальной лестницы.
