В мире чернил и теней начинается история о решении, которое изменит жизнь главной героини. Она берет на себя рискованную сделку с магом, чьи намерения остаются неопределенными. Какие опасности её ждут за пределами света? Атмосфера книги наполнена загадкой и ожиданием открытий каждый новый момент в истории героини....
Князь насадил зайца на вертел и подвесил над пламенем.
— Скажи, а зачем ты вообще меня взял с собой? — задала я тревоживший меня вопрос.
— Я так захотел, — кратко ответил он.
— А почему ты так захотел? — продолжала настаивать на ответе я.
— Прихоть, — усмехнулся он. — Забавы ради, светлая. Мне не так скучно в твоём обществе.
— Всегда мечтала быть придворным шутом, — хмыкнула я. — А ты не боялся, что я сбегу?
— Это тебе надо бояться, Алина, — в его глазах отражался огонь. — Попыталась бы сбежать — была бы наказана.
— Нельзя наказывать за стремление к свободе, — менторским тоном произнесла я. — Это неотъемлемое право личности, между прочим!
— А что такое свобода, Алина? — равнодушно откликнулся тёмный маг. — Я могу прямо сейчас сказать тебе — иди на все четыре стороны. Ты станешь от этого свободней?
— Это софистика, — возразила я.
— Разве? — он пристально взглянул на меня. — Давай сначала: ты говоришь — хочу сбежать. Я отвечаю: будет кара. Ты заявляешь: стремление к свободе не должно наказываться.
— Это женская логика! — не сдавалась я. — Не надо пытаться понять, надо согласиться. И вообще, ой, всё — железный аргумент! Кто первый сказал — тот и выиграл спор!
Айлин искренне рассмеялся. Ткнул ножом подрумянившуюся тушку.
— На Вихре, в седельной сумке, полбуханки хлеба, — сообщил он мне. — Принесёшь?
— Сей момент, — я принюхалась к аппетитному запаху жаркого и выскочила за дверь.
Вернувшись с хлебом, я увидела, что зажаренный заяц уже порезан на куски и лежит на железном блюде.
— Блюдо — иллюзия? — на всякий случай уточнила я.
— Нет, — коротко ответил маг.
Больше я не расспрашивала. После ужина я вспомнила, что так и не забрала свежевыстиранные штаны с камня.
— Я к заводи сбегаю, — я направилась к двери. — Заберу свои штаны, они там сохнут.
— Да ты прямо енот-полоскун, — усмехнулся Айлин. — Оставил буквально на час — и пожалуйста, уже успела устроить стирку.
— Ага, раскатал губу трамплином, — пробормотала я, выходя за дверь.
Вечернее небо окрасилось лёгким багрянцем. Я сгребла штаны с камня и быстрым шагом направилась обратно.
— Там закат начинается, — сообщила я, запихивая вещи в рюкзак.
— В курсе, — отозвался он. — Если готова, идём. Тут недалеко.
Мы вышли из избушки и направились в противоположную от заводи сторону.
