Автор
Полночь. Леди Эссентрис стоит у закрытой двери старого особняка в сердце ночного города. Темнота и холод накрывают ее, но в глазах ее сияет решимость揭开神秘的面纱。城市的喧嚣在她耳边低语，但内心的声音坚定而清晰。空气中弥漫着古老的气息和某种不可言喻的力量，引领她一步步接近那扇隐秘的大门。
Все формальности соблюдены, супруги родом с разных континентов.
Кейлар наконец-то выдрал свою руку из хватки начинающей истерить блондинки и подошел ко мне, встав рядом и переплетая наши пальцы. А сзади в зале поднялся настоящий гвалт голосов.
Как император и Мерзан не раскрошили свои зубы, я не знаю. Скрипели они ими так, что, кажется, это было слышно всем вокруг. А взгляды, которыми меня одарили, отчетливо намекали, что теперь я стала для них врагом номер один.
— Позвольте мне удостовериться, — прошипел наконец-то взявший себя в руки советник.
Спустившись к нам вместе с еще одним мужчиной, он еле дождался, пока мои мужья закатают рукава рубашек. Свой браслет, прикрывающий брачное тату, я поспешила снять с руки сама, пока граф не содрал его вместе с кожей.
— Действительно, брак по древнему ритуалу, — хмыкнул пожилой архимаг, подошедший вместе с Мерзаном. — Какая редкость в наше время! Поздравляю, молодые люди!
Советник же, еле сдерживая ярость, резко развернулся на сто восемьдесят градусов и, чеканя шаг, вернулся к трону.
— Вы очень расстроили меня, леди Эссентрис, — холодно произнес он.
— Простите, Ваше Величество, — заломила я руки, виновато опуская голову. — И в мыслях не было ослушаться, я ведь не знала…
— Возвращайтесь в герцогство, вам запрещено покидать пределы родовых земель, пока проверяющие из казначейства не озвучат свои выводы.
— Слушаюсь, Ваше Величество, — присела я.
— Свободны, — почти прошипел император, и мы втроем поспешили скрыться с его глаз.
— Что же, нас можно поздравить, — вздохнула я, как только мы отошли подальше от толпы. — Раньше мишенью была только я, теперь огромная красная мишень красуется на лбу каждого из вас.
— Чтобы избавиться от нас с князем, надо еще очень сильно постараться, — усмехнулся Десмонд. — К тому же это будет так очевидно, что вряд ли сейчас они станут что-то предпринимать, а вот позже, когда шум уляжется, наверняка начнут действовать.
"— Нам обязательно оставаться здесь? — спросила я, глядя на косящихся на нас аристократов, явно обсуждающих то, что произошло только что на их глазах.
— Думаю, уже можно уходить. Тебе же повелели возвращаться в свои земли под домашний арест, надо выполнять распоряжение, раз уж мы теперь в немилости. Не стоит лишний раз рисковать и провоцировать недругов. У себя в замке ты будешь в безопасности, а вот в столице может случиться что угодно.
— Тогда идемте.
