В Опасных волнах, где язык живым дыханием наполнен потусторонним и загадочным, тысяча друзей, собранных из соцсетей, наверняка вызовет непредсказуемые события. В школе «Голубой риф», окружённой болотами Эверглейдса, оборотень-питон Элла провозгласила вечерееню к учащимся и их родным. И вот сегодня, воскресенье, полчища тварей наводнили зал — как в сказке, но без магии....
– В брюхе крылатой штуки, – с гордостью рассказала Люси. – Кальмар помог мне в обличье человека и всем говорил, что везёт меня в зоопарк.
– А Леон? Ты сказала ему, куда собираешься? Он знает, где ты сейчас?
– Я мегатоскую по Леону, – тихо-тихо проговорила Люси. Я с любопытством ожидал, ответит ли она на мои вопросы, но потом издалека до нас донёсся сигнал рога-ракушки, зовущий нас на ужин. – Хорошего тебе плаванья и досыта наесться, – пожелала мне Люси, сползла обратно в море и стремительно уплыла, поджав щупальца.
Я задумчиво побрёл в столовую и споткнулся о камень, потому что всю дорогу пялился на своё фото с братом Стивом вместо того, чтобы смотреть под ноги.
В столовую набилась куча народу – как выяснилось, новые ученики вернулись из болота. Я осторожно остановился у входа, оценивая обстановку.
– Почему ещё не подали десерт?! – возмущалась полная девочка-аллигатор, которую, как я выяснил, звали Полли.
Я видел, что у Финни руки так и чешутся схватить рептилию за хвост, но она героически справилась с искушением. Вместо этого она елейным голоском спросила:
– А вы знаете, что еда положена только тем, кто участвовал в ремонте?
– Это нечестно, – пробурчал Кегор, тёмно-серый аллигатор. – Как бы мы поучаствовали, если нас здесь не было?
– А может, вы специально не возвращались, чтобы не пришлось помогать? – спросил я, и Элла, сердито на меня зыркнув, скрестила руки на груди:
– Абсолютно нечестно! Немедленно дайте им десерт, не то…
– Десерта нет ни для кого, – сообщил Джошуа.
Полли выглядела искренне потрясённой.
– Повар, а повар? – спросила она после недолгого раздумья немного дружелюбнее.
Джошуа удивлённо посмотрел на неё сверху вниз, но потом кивнул.
– Стрёмно, что сладкого ничего нет! Ну, тогда поем чего-нибудь другого, – пожаловался маленький оборотень-питон Тино, которого мы с Джаспером недавно освободили из пончика. Он снова ползал по буфету и, разинув пасть, хотел вонзить зубы в запеканку с сыром, когда кто-то ловко ухватил его за загривок.
Караг, мальчик-пума.
