Автор
В черно-красной атмосфере Опасного Дара, оружие разнится от злопанящих жал и хвостов до смертельного ядов на клыках и когтях. Королева Оса правит племенем Шелкопрядов, обитающих в мире из множества цветов: от тёмно-оранжевых до ослепительного фиолетового. Эти бескрылые драконы появляются как бабочки с двумя парой переливчатых крыльев....
А вот видений теперь будет не хватать, вздохнула она, ощущая в душе непривычную пустоту без приключений в чужой чешуе. Ладно, перетерпим, всё-таки приятнее оставаться собой.
Самое главное – мама всё же верила в неё и выбрала наследницей вовсе не случайно, не из-за любви Хрустали к земляному. Королева Глетчер знала, какая из трёх дочерей станет ей лучшей преемницей!
Снежна осторожно сдвинула крылышко Норки и вылезла из постели. За окном уже ярко сияло солнце, и в его лучах вспыхивали звёздами серебристые крылья ледяных драконов, летящих по своим делам.
Где-то там, над волнами, летит Рысь, чтобы присоединиться к иноплеменникам, в чьих когтях сейчас судьба всего мира. Только бы они выжили… пусть только попробуют не выжить! Ррр-р-р!
Они остановят королеву Осу и Дыхание зла, и тогда Небо с Ласточкой вернутся… а может, и Росянку, и Сверчок удастся ещё увидеть, и всех остальных.
Только бы сил хватило спасти мир!
Эпилог
Сойка опасливо прислушалась: нет, никто следом не идёт.
– Крыс! – окликнула она шёпотом. – Я принесла тебе поесть.
Взгляд сидящего был всё так же устремлён вглубь пропасти. На самом деле Крыс уже давно не сталкивал людей в Бездну, хотя вполне возможно, как раз потому, что к нему теперь больше никто не рисковал приближаться. Разве что Сойка, несмотря на все запреты, да брат его Крот, которому разрешили кормить Крыса, чтобы тот не умер с голоду, но не рассказывать о нём.
– Слышишь? – спросил он скрежещущим голосом, в котором слышался ужас.
– Кажется, да. – Сойка присела на уступ скалы. – Что-то слышу, но слов не разберу. Что она говорит?
Шёпот Бездны проникал всюду, словно длинные извилистые нити липкой паутины, и достигал даже верхних жилых пещер, но слышавшие его отмалчивались, пожимая плечами, и сторонились тех, кто расспрашивал. Говорил о Бездне только Крыс.
– Она растёт, – прошипел он, – она тянется сюда.
