Автор
Незадолго перед тем, как клиент выпустил руки, Ника поняла: терпение кончено. Им тут же предложили пристроиться в переговорную — где-то в подвале огромного здания. Но только он распустил руки и приказали не трогать Альберта Дмитриевича. Ника сразу напала, пытаясь унять гнев и унижение. Оранжевый доспех с файлами полетел на голову собеседника — весь этот странный балаган начался прямо сейчас....
«Бывшая жена, подкидыш… Не соскучишься!» — добавил он про себя.
— Ух ты. А давай организуем что-нибудь?
— Давай, — согласился Васнецов, подумав о том, что будет неплохо посидеть с Игорьком и повспоминать добрые старые времена, когда они были зелёными пацанами и тренировались в одной команде. — Задержишься в городе?
— Побуду немного, проветрюсь. Воздух тут классный, морской, нравится мне очень.
В этот момент у Алексея зазвонил телефон, и он взглянул на экран.
— Слушай, Игорь, у меня тут срочный звонок, я должен подняться в номер и переговорить с одним человеком.
— Конечно, Лёха, иди, понимаю, бизнес превыше всего. Но мы с тобой обязательно должны как-нибудь вечерком посидеть в сауне. Выпьем, пообщаемся. Ты как?
— Согласен. Созвонимся и организуем.
— Договорились.
***В пятницу Васнецов снова перевёл Нике деньги — она отработала няней уже семь дней. Сумма на карте образовалась внушительная, а ведь Ника ещё до конца не потратила премию за «Клеопатру». Благодаря этим поступлениям девушка смогла закрыть две кредитки.
Васнецов, видимо, совсем не торопился нанимать другую помощницу. По мнению Ники, он платил немыслимые деньги за уход за ребёнком. На прошлой неделе Алексей сказал, что в агентстве ему пообещали прислать опытную няню. Но время шло, а бывший муж даже и словом не обмолвился, что сможет обойтись без Никиных услуг.
Ника боялась, что рано или поздно эти слова прозвучат. Случилось то, о чём говорила мама: Ника привязалась к ребёнку. Она получала безумное удовольствие, заботясь о Даше.
Когда родился Егорка, Ника была несчастной и подавленной. Она пережила жестокое расставание с любимым мужчиной и вообще не хотела жить. Ясно, что на фоне бесконечных нравственных страданий она не могла наслаждаться материнством."
"А сейчас каждая процедура или действие приносили радость. Когда Ника надевала кофточки и ползунки на Дашу, та ловко переворачивалась и пыталась удрать. Ника со смехом ловила пухлую беглянку, хватала её за ножки. Ещё она делала ребёнку массаж, щекотала, развлекала, целовала розовые щёчки, убаюкивала на руках — в этом было столько радости!
Уже несколько раз после садика Ника забирала к себе Егорку.
— Мама, какая большая квартира! Вот бы мы здесь жили!
Сын кубарем носился по комнатам, потом играл с Дашей — ползал с ней наперегонки по кровати, тряс погремушкой, дудел и рычал ей в живот.
Даша заливалась весёлым смехом каждый раз, когда видела мальчугана. Видимо, понимала, что он такой же малыш, как и она.
