Автор
Незадолго перед тем, как клиент выпустил руки, Ника поняла: терпение кончено. Им тут же предложили пристроиться в переговорную — где-то в подвале огромного здания. Но только он распустил руки и приказали не трогать Альберта Дмитриевича. Ника сразу напала, пытаясь унять гнев и унижение. Оранжевый доспех с файлами полетел на голову собеседника — весь этот странный балаган начался прямо сейчас....
Эти пять лет у них отобрали. Он жил с постоянным чувством потери, его ничего не радовало, не вдохновляло. Работал день и ночь, чтобы забыться.
Если бы тогда он знал, что на кон будут поставлены его отношения с женой, сам бы, не раздумывая, уступил иностранцам «Альбатрос». Да подавитесь! Никакими деньгами нельзя оценить его любовь к Нике…
Но… Ведь он сам во многом виноват. Не разобрался, поддался эмоциям — был ослеплён ревностью, горел в аду. Перед глазами стояло мерзкое видео, он заводился с пол-оборота каждый раз, подумав о предательстве жены.
А никакого предательства не было! Была чудовищная подстава, которую тщательно продумали и щедро проспонсировали. Теперь хоть головой о стену бейся, ничего не изменишь. Он не сможет вернуть эти драгоценные пять лет, они потеряны навсегда.
А Вероника? Как теперь смотреть ей в глаза?
Он не поверил своей любимой, поверил поддельному видео!
Кретин, дебил, долб**б!
Всё это время он мысленно поливал Нику грязью, обзывал дрянью и шлюхой. А она святая. Сказала же, что у неё не было других мужчин.
Бедная девчонка — нежная и искренняя. Надрывалась, тянула одна семью, растила его ребёнка, выкручивалась из последних сил. Он растоптал её чувства, выгнал, как собаку. Швырнул деньги и приказал уезжать к маме…
Алексей остановил машину, съехал на обочину трассы. Его бросало то в жар, то в холод, ночные огни мельтешили перед глазами, реальность ускользала… Он постоял на ледяном ветру, чтобы прийти в себя.
Мимо проносились легковушки, проплывали многотонные фуры, а Васнецов был настолько оглушён своим горем, что даже не слышал дорожного шума, его череп будто обложили ватой.
В конце концов, заставил себя собраться. Даже погрыз разодранный кулак, чтобы привести себя в чувство. На миг зажмурился от новой боли, ощутил во рту привкус железа.
Внезапно Алексей понял, что сейчас он совершает новую ошибку. Опять он позволил гневу управлять собой. Он не должен был уезжать из сауны, бросив там избитого Жукова. Наверняка, персонал уже вызвал полицию. Если для Алексея инцидент закончится тюрьмой, он не сможет позаботиться о своей семье, не сможет вымолить прощение у Ники.
Он и так уже столько лет потерял…
Надо вернуться обратно и постараться решить вопрос с Жуковым. Только бы эта тварь не окочурилась.
