Ярослав в нескольких сантиметрах от меня спокоен и невозмутим, а вот я нервно дрожу. Наконец-то лифт доезжает до моего пятого этажа, дверцы открываются, китаянки идут вперед, я делаю шаг за ними, как вдруг пальцы Ярослава смыкаются на моем запястье.
Я и охнуть не успеваю, как он резким движением притягивает меня к себе.
Перехватывает за талию и прижимает к своему телу. Его глаза горят злым огоньком, и мне вдруг становится очень страшно.
— Специально меня злишь? — говорит тихо, но так зловеще, что волоски на руках становятся дыбом.
Двери лифта снова закрываются, и Яр вжимает меня в металлическую стену кабинки.
— Не понимаю, о чем ты, — сбивчиво шепчу.
Он целует меня. Немного грубо и жестко, слегка прикусывая нижнюю губу, но мне вдруг очень нравится. Я отвечаю на его поцелуй, чуть ли не постанывая от удовольствия. И если на пятый этаж лифт ехал бесконечно медленно, то на десятый доезжает за считанные секунды.
Когда двери открываются, нам приходится оторваться друг от друга. Холл пуст, поэтому Ярослав берет меня за руку и ведет по коридору.
— Куда мы идем? — задаю самый тупой вопрос, какой только можно в данной ситуации.
— В мой номер.
Его номер 1042. Яр прикладывает карточку к замку и пропускает меня вперед. В помещении темно, окна зашторены. Как только за Никольским хлопает дверь, он, не включая света, опять притягивает меня к себе и вжимает в стену. Но сейчас не целует.
Нависает сверху, тяжело дыша мне в лицо.
— Специально заигрывала с ним на моих глазах?
— Я работала, — невинно хлопаю глазами.
Яр ведет ладонями вверх-вниз по моей талии, а затем смыкает руки за спиной, прижимая меня к своему телу. Между моими и его губами несколько несчастных сантиметров, и мне до исступления хочется поцеловаться. Что я и делаю.
Преодолеваю это ничтожное расстояние между нашими лицами и целую Никольского.
Он целует меня в ответ, но не долго. Отрывается от моего рта и еще сильнее вдавливает меня в стену.
— И как поработала?
Получила приглашение на закрытую вечеринку и узнала, что ты лоббируешь приватизацию государственных нефтяных компаний.
— Не плохо.
— Я не хочу, чтобы ты с ним общалась.
— Это еще почему? — возмущенно спрашиваю.
— Мне не понравилось, как он на тебя смотрел.
— И как же он на меня смотрел?
— Так, как смотреть на тебя могу только я.
Ярослав склоняется к моей шее и проходится дорожкой из поцелуев вниз до изгиба с плечом. Я запрокидываю голову назад и от наслаждения прикрываю глаза.
— Если бы ты потрудился мне хотя бы написать, может быть, я бы с ним и не познакомилась, — обиженно язвлю.
— У меня были важные дела по работе.
— Ммм, и какие же?
— Не скажу.
Яр целует мои ключицы, я обвиваю его за шею и еще сильнее прижимаю к себе.
— Зачем ты потащил с собой в Китай Самойлову?
— Она мой зам.