Автор
В душной комнате начальницы работы, где все напоминает о строгих стандартах и формализме, голос Алены заставляет кровь бросаться в жилы. Она сообщила мне о том, что её подчинённого Савельева сняли с должности "опасного министра". Это уведомление как будто холодной ладонью коснулось меня, и я чувствую тревогу в воздухе....
Ухожу на кухню к Косте, чтобы даже не слышать звук пришедшего в ответ сообщения, если оно все‑таки будет.
— Я заварил чай и сделал бутерброды, — говорит Костя, когда я появляюсь. — Опять у вас пустой холодильник. Две девушки живут вместе, называется.
— Аня вечно на диетах, а мне некогда готовить.
Я беру в руки бутерброд с колбасой и сыром и с огромным наслаждением откусываю большой кусок.
— Я не ела ничего с двух часов дня, — произношу, прожевав.
— Надо было хотя бы доставку заказать или мне в магазин зайти. Почему ты не сказала, что нет продуктов?
— Забыла.
Я снова захожусь восторгом. Черт, да я отмечу сегодняшний день красным цветом в календаре!
— Угу, — безразлично соглашается парень.
— Кость, ты что, не рад за меня?
— Очень рад, — так же безэмоционально отвечает.
Ему по фиг. Я решаю больше не делиться с ним своим восторгом и ухожу в поедание бутербродов.
— Зай, я за тебя рад, — говорит, придвигаясь ко мне на стуле.
Видимо, Костя все‑таки понял, что ведёт себя слишком безразлично к моему успеху. Берет меня за руку, переплетает наши пальцы и подносит к губам тыльную сторону ладони.
— Правда рад? — уточняю неуверенно.
— Да. Ты большая молодец, и я тобой горжусь.
Кажется, что он даже искренен.
— Но давай все‑таки договоримся, что если мы решили куда‑то пойти, то мы туда пойдём. Ведь на это интервью не обязательно должна была ехать именно ты. Тебя могли подменить коллеги."
"Нет, он все‑таки не понимает, насколько это для меня важно. И отдать интервью с министром кому‑то из коллег? Ни за что.
— Да, ты прав. Извини, — соглашаюсь, просто чтобы уже прекратить этот разговор.
Иногда проще сказать человеку то, что он хочет услышать, чем спорить и ругаться.
В зеркале в ванной на меня смотрит, если не стриптизерша, то, как минимум, роковая женщина‑вамп с остатками красной помады на губах и смоки‑айс с пышными наклеенными ресницами. Выдавливаю на ватный диск средство для снятия макияжа и принимаюсь все это стирать, превращаясь в обычную девчонку.
Душ помогает окончательно привести мысли в порядок и утихомирить адреналин, гуляющий по крови.
