Автор
Соня выглядела уверенно и спокойно в дорогом брючном костюме, готовясь к важному предстоящему собеседованию для получения гранта. Тем не менее, ожидание конкурса давило на неё, и чувство опасности тихо проникало в её сознание, напоминая о потенциальных проблемах, которые могут быть связанными с этим важным решением....
Получается, даже миллиарды не спасут, если у ребёнка нет мамы, папа работает день и ночь, а няни и гувернантки попадаются безответственные или непрофессиональные.
Сердце опять сжалось от сочувствия к крошке, у которой сохранилась единственная память о маме – это её портрет.
С удивлением я вдруг поняла, что если у меня в душе до этого момента ещё оставалась обида на Дану за её ложь и наговоры в мой адрес, то сейчас я полностью освободилась от этих эмоций. Всё это осталось в прошлом и уже не ранило.
– Ой, а этот львёнок какой чудесный! Маленький красавчик, – сказала я, «запрыгивая» львёнком на колени к Анечке, и принялась щекотать её пушистой мордашкой.
Малышка начала извиваться и хихикать. Но тут же расстроилась:
– Почему няня со мной так не играет? С тобой так интересно… А ты уложишь меня спать?
– Уложу. Но сначала искупаю. Согласна? – тут же сориентировалась я.
Девочка глубоко задумалась. Морщила лоб, щурилась, барабанила пальчиком по губе…
– Ладно, – согласилась наконец. – Так и быть, разрешаю.
*****
Няня всё-таки выглянула из своей комнаты. Вид у неё был несчастный, расстроенный. Она попыталась подключиться к вечерним процедурам, но Аня сразу надула щёки и скрестила руки на груди, всем своим видом показывая, что не желает с ней разговаривать.
Пришлось Валентине Николаевне ретироваться обратно в комнату. Кирилл уже объявил, что с ней они распрощаются сразу же после возвращения в Москву.
Я услышала, как уже в комнате за дверью няня злорадно пробубнила, что у меня ничего не получится, так как кое-кто не любит мыться, не любит причёсываться, и сейчас закатит очередную истерику.
Однако у нас всё получилось. Мы с Аней искупались, расчесали волосы и даже заплели косу – она теперь была очень короткой, но толстой. Надели пижаму со смешными пандами.
Малышка и сама повисла на мне как панда.
– Посмотрите, папа, какая у вас чистая и розовая девочка, – предъявила я Кириллу раскрасневшегося от горячего душа ребёнка. – Целуйте скорее, и мы пойдём в кровать.
– Могу почитать сказку, – тут же предложил добросовестный отец.
– Завтра, завтра, – вяло махнула рукой Анечка. У неё уже закрывались глаза, ей хватило на сегодня впечатлений.
Мы с Кириллом вместе постояли у кровати принцессы, поцеловали её на ночь.
– Как хорошо… – прошептал ребёнок и отключился.
Мы на цыпочках вышли из номера и вернулись в президентский люкс.
– Удивительно, я даже и подумать не могла, что этот день сложится именно так, – пробормотала я.
