Мрачная атмосфера заполняет пространство: глаза мужчины наливаются кровью, он рычит и готовится к мести. Жена стонает в уголке комнаты. Сюжет разворачивается вокруг внезапной инсценированной убийцы, прервавшего драматический момент.
Неделя пролетела незаметно. Я трудился как конь пахотный, подгоняемый начальством в хвост и гриву. Убийство с отягчающими — это вам не шутки. Я почти не спал, почти не ел, а вместо крови у меня теперь по венам течет кофе. Растворимый.
Замес случился серьезный, и личную жизнь пришлось немного отложить. Да и я не знал, где раздобыть хромую козу, на которой мог бы подъехать к Цветочку. Девчонка строила баррикады и разбрасывала вокруг себя ежи — не противотанковые, а, млин, противооперные. И мне было банально некогда вальсировать между ними, хотя боевую пельмешку я вспоминал довольно часто.
— Ромыч! — позвал я своего слегка зависшего друга.
— Что?
— Отвисни, друг! Что случилось?
— От меня жена ушла, — признался Роман.
Сморщился, потушил сигарету пальцами и предложил:
— Пошли напьемся?"
"— Хорошее предложение, поддерживаю, — согласился я. — Насовсем ушла или на недельку к маме в воспитательных целях?
— Насовсем. Про Стеллу узнала, — друг был мрачнее грозовой тучи, — на развод подала.
— Вот это попадалово, — задумчиво протянул я.
— Угу, — согласился Ромыч, пока я лез в карман за мобильником.
Взглянул на экран и широко улыбнулся. Звонил мой старый приятель Артик. Багров. Боксер и парень, которого я очень хотел заманить к нам в опергруппу. Потенциала в нем было примерно столько же, сколько во мне. Креатива тоже Боженька от души насыпал, да и вообще, нравился он мне!
— Здравствуй, друг!
— Багров, какими ветрами? — пропел я.
— Евгений, помощь нужна.
— Пока не за что, — хмыкнул я. — Чем помочь? Тебя наши, что ли, приняли?
— Пока не за что, — отбил Артур, — дело тут такое, конфиденциальное…
— Ты даже такие умные слова выучил. Растешь, Багров… — уважительно присвистнул я.
— А то… «Растишку» ем по утрам, сила кролика Несквика, опять же, помогает. Лучше, чем пивас твой.
— Точно, пивас! Надо встретиться, — обрадовался я.
— Давай. Только на следующей неделе. У меня тут девчонка одна…
— Влюбился, что ль, Артик? — не поверил я.
— По уши, — честно признался Багров, — только девочка у меня зажатая очень. Нужна шоковая терапия. Немножко встряхнуть ее нужно эмоционально, иначе она так и будет до пенсии свои умные книжки читать, а я — вокруг нее бегать и облизываться.
— Что надо делать? — заинтересовался я.
— Наручники нужны…
— Багров, это статья. У меня тут, если кто узнает, — иметь будут так, что волосы в ушах задымятся, — засомневался я.
