Мрачная атмосфера заполняет пространство: глаза мужчины наливаются кровью, он рычит и готовится к мести. Жена стонает в уголке комнаты. Сюжет разворачивается вокруг внезапной инсценированной убийцы, прервавшего драматический момент.
— ЗОЖ, парни, это круто, — читал я лекцию, — здоровье, оно важнее всего. И спорт! Вот вы спортом не занимаетесь, поэтому пол лицом шлифуете. И вообще, бросайте пить! А лучше в армию, хотите, организую?
— Мужик, что ты такое? — пьяно полюбопытствовал у меня самый первый.
— Ангел я. Возмездия. А это мой заместитель. Биба и Боба мы. Эх, нашего тренера по боксу на вас нет. Быстро бы по уставу отвечать научились.
— Пошли, мой кролик Роджер, в этих ебенях становится скучно! — не выдержал Русик.
— Скучно? Друг мой, ты зажрался! — пьяно возразил я.
— Поехали! — такой же окосевший адвокат, кажется, решил совершать этой ночью подвиги во имя моей скуки.
Или просто пытался занять чем-то свою умную голову, дабы не думать о собственной личной жизни. В душу не полез, просто подхватил крепкого орешка и вывел на улицу — глотнуть свежего воздуха.
— Логинов, вот скажи мне как на духу, — пристал я. — Почему мы пили вместе, но я в хлам, а ты как огурчик всегда? Ни в жизнь не скажешь, что ты пил как конь.
— Вот такой я, загадочный и неповторимый. Пошли прогуляемся лучше?
— Пошли, — легко согласился я.
Пар мы выпустили, бутылку с виски со стола забрали, друг со мной, что еще нужно для хорошего вечера?
— Прекращай грузиться, — потребовал я, когда мы свернули за поворот, — давай классиков вспомним? Вот Онегин «чем меньше женщину мы любим…» Александр Сергеевич, к слову, был знатным бабником, так что фигни не посоветует! А Есенин? Маяковский?
— Евгений, бросай пить! — заржал Рус.
— Тут он, конечно, не прав был, — продолжал я пьяную дискуссию, — но любовь зла!
— Ага!
Я не знаю, какими окольными тропками вел нас невидимый Сусанин, а может, мы с Русом, не сговариваясь, тянулись именно туда, но в итоге пришли мы к общежитию. Тому самому, родному.
Выбросили в урну уже допитую бутылку виски и молча встали, глядя на закрытую железную калитку.
И в мой пьяный уставший мозг вдруг пришла гениальная идея порадовать Цветочка своей персоной.
— Пошли к другу моему заглянем? — предложил я.
— Ночью?
— Ой, когда тебя это останавливало, — отмахнулся я, однако, противореча своим же словам, развернулся и пошел в обратную сторону.
— Жека, вертайся взад, общага в другой стороне.
— Знаю, — отмахнулся я, беря курс на цветочный магазин неподалеку.
Багровские флюиды сделали свое дело, и меня тоже потянуло на романтику.
