На носовой палубе «Вилкова» собрались все, кроме тех, кто должен был оставаться на своих постах даже тогда, когда корабль лежит в дрейфе. Справа к нам пришвартовался «Быстрый», а слева — «Трибуц». У них на носовых палубах творилось то же самое. Швартовка была произведена не только ради проведения совместного митинга, но и перегрузки бочек с краской на другие корабли. Матросы и офицеры с «Бутомы» тоже здесь, хоть их корабль и не будет перекрашиваться, но это не мешает им участвовать в общем аврале с краскопультами, тремя бригадами по двадцать человек. Все остальные, оставшиеся на своих постах, услышат митинг по общей трансляции. Вот капитан первого ранга вышел на «балкон» перед мостиком «Вилкова», на котором установлена башня со спаренной 57-мм пушкой, и поднял руку, призывая к вниманию. Сотни глаз посмотрели в его сторону. Все мы вчетвером стояли на этом балконе и смотрели на людей, которые ждали от нас сначала слова, а потом дела.
— Товарищи! Вчера мы пустили японцам первую кровь! Пусть это был всего лишь невооруженный трамп, но две тысячи тонн угля уже не придут на японские военно-морские базы и не сгорят в топках крейсеров и броненосцев. А ведь, как я уже сказал, это всего лишь первая кровь, дальше будет больше. Сегодня мы нанесем на наши корабли цифровой камуфляж, чтобы наша возможность незаметно подкрадываться к врагу еще больше увеличилась. Но наша сила не только в невиданных здесь технологиях, свердальнобойных орудиях и торпедах невиданной разрушительной мощи. Наша сила в нас самих, в русских людях. Когда у нас есть цель и осознание своей правоты, то мы становимся непобедимы, когда мы полны решительности достигнуть ее — мы непобедимы, когда мы вместе — мы непобедимы. Но эта война — не только война людей и механизмов. Это война банкиров, спецслужб, политиков и дипломатов. Один росчерк пера на белой бумаге может унести больше жизней наших солдат и матросов, чем все японские снаряды. Но об этом вам лучше расскажет Павел Павлович Одинцов.
Ну что же, вот и моя очередь подниматься на трибуну и смотреть в глаза людям. Людям, от решимости и сознательности которых зависит будущее моей страны, моей России. Я внутренне собрался и шагнул вперед.
— Люди, сограждане! Вспомните ту страну, из которой вы попали в это время. Вспомните Российскую Федерацию. Страну, которая «не очень»… Партнеры ее не очень уважают, враги ее не очень боятся, друзья на нее не очень надеются, ее граждане живут не очень хорошо, а ее бизнесмены не очень аккуратно платят налоги. А ведь были и другие времена — времена, когда Россия была империей (и не важно, под двуглавым орлом или под красной звездой и серпом с молотом) и несла свое имя честно и гордо.