На все про все десять минут, время пошло!
Все, больше стрелять не пришлось, в дальнейшем ограничились ударами прикладов и пинками. Оглядываюсь — рубка, епрст, да как я тут оказался?! Все кончилось. Лобовое остекление выбито нахрен — через него вылетел японский вахтенный офицер, который хотел показать, какой он хороший каратист. Ага, показал! Не учел только разницу в весовых категориях, а также в уровне и разнообразии подготовки. Теперь лежит на палубе весь в кровище, изрезанный битым стеклом. Не встает, видно, хорошо приложился. Матрос-рулевой лежит навзничь, машинный телеграф стоит на STOP, ему досталось прикладом в лицо, причем от всей моей широкой славянской души. А душа шире некуда, среди моих предков несчетное количество поколений донских и запорожских казаков. Ой, погуляли! Главное, чтоб никого из наших не зацепило и не покалечило. Мы не царь-батюшка, у нас каждый человек на счету. Так, доклад из машинного — «низы захвачены, машина остановлена». И чтобы пар не разорвал котлы, сейчас его будут травить через аварийный клапан, а попросту гудок. Как я понимаю намеренья товарища Карпенко, эта галоша дальше не пойдет, она уже приплыла.
И тут раздается вой — примерно так мог бы орать раненый динозавр, это начали стравливать пар из котлов. Это же сигнал капитуляции, что корабль полностью наш.
Теперь, где-то в течение часа, нас будет догонять основная группа кораблей, лидируемая «Быстрым». Слышал, как тов. Карпенко жаловался, что этот котлотурбинный крокодил топлива жрет вдвое больше, чем «Трибуц». А это не есть айс! Поэтому-то на перехваты ходит «Трибуц», а «крокодил» плетется экономическим ходом вместе с танкером и БДК. А у нас тут начался шмон. Ребята вывалили за борт трап, и на палубу поднялись еще два отделения, в полном боевом. Поисковые группы разбежались по углам и закоулкам подобно тараканам, вынюхивающим, чего бы такого интересного сожрать. Так, в двух носовых трюмах уголь, мы в углях не разбираемся, но это может быть только малодымный кардиф. Ничего другого из такой дали в Японию тащить бы и не стали. В третьем кормовом трюме тоже уголь, но вот на палубе, увязанные по всем правилам, стеллажи каких-то бочек, на глаз, примерно как стокилограммовых. А вот бочки — это интересно, в смысле, интересно, что в бочках. Цыпа отвинчивает крышечку одной из бочек и сует внутрь палец.
