Когда пришел приказ о его замене, при прощании за чаркой он сообщил о своем преемнике следующее: человек из Москвы, причем там прошла вся его служба, из уже российских офицеров правильного происхождения, для дальнейшего карьерного роста которому нужна запись об участии в боевых действиях. В настоящее время в Российской армии для этого есть два места. Одно официальное – Сирия, и одно неофициальное – Особый район. В Сирии есть опасность в виде шахидов, разных болезней, неожиданных обстрелов игиловцами, бандитами, турками и израилитянами, а вот немцы образца 41-го – 42-го годов ничем таким не отметились, поэтому он попал сюда. И грустно заметил, что его замена обусловлена именно необходимостью освободить место для этого «военного самородка».
И вот сейчас начальник политотдела воочию убеждался в характеристике, данной бывшим замом. Этому карьеристу Трофимов нужен был как успех в наведении порядка на вверенном участке путем исправления недостатков предшественника. И что для него этот майор? Наверняка он уже перешагнул через десяток таких. Перешагнет и через Трофимова. Формально он прав, и Трофимов более его подчиненный, чем начальника политотдела, назначенного на этот пост приказом Главного Политического Управления РККА. В этом суррогате, названном политотделом комендатуры Особого района, Трофимов не его человек. Однако также формально – этот полковник его подчиненный. А в столе лежит рапорт комиссара 101-й МСД 20-й армии Зирикова, рассказывающего, какой замечательный и храбрый майор Трофимов, заменивший в бою ротного и успешно командовавший ротой до вчерашнего дня. Рапорт подписан комдивом с припиской, что им отправлено представление Трофимова на орден Красной Звезды в штаб армии. А это значит, что Трофимов уже не чужой. И у начальника политотдела нет никакого желания помогать карьеристу. К тому же – чужому карьеристу.
Прервав объяснения Трофимова и обличения заместителя хлопком ладони по столу, комиссар встал и подошел к окну. Посмотрев в него, он повернулся и после паузы вынес заключение:
– В общем, так! Майор Трофимов, безусловно, совершил проступок. И, согласно уставу, должен быть наказан. Товарищ майор!
Трофимов привычно встал и ответил:
– За нарушение дисциплины – самовольное оставление места службы – объявляю вам замечание! Впредь – о подобных своих действиях соблаговолите заранее сообщать своим непосредственным начальникам. В письменной форме.
– Есть замечание? Вопросы?
– Есть! Разрешите идти?
Трофимов вышел. В кабинете воцарилась тишина.
