Жанр
Операция «Тайфун» стала поворотным моментом в истории, когда успех разгрома фронтов открыл путь захватчикам на Москву. Однако в ходе этой операции могли вмешаться непредсказуемые события, изменившие ход событий. Несколько случайных людей повлияли на исход этого военного маневра.
Раздел Chitat.online для книги «Операция «Тайфун»» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
Операция «Тайфун» стала поворотным моментом в истории, когда успех разгрома фронтов открыл путь захватчикам на Москву. Однако в ходе этой операции могли вмешаться непредсказуемые события, изменившие ход событий. Несколько случайных людей повлияли на исход этого военного маневра.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
читать текст Михаил Егорович Алексеев Легкое чтение Фантастика Попаданцы подборки серии
Операция «Тайфун» стала поворотным моментом в истории, когда успех разгрома фронтов открыл путь захватчикам на Москву. Однако в ходе этой операции могли вмешаться непредсказуемые события, изменившие ход событий. Несколько случайных людей повлияли на исход этого военного маневра.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Видимо, это уже не тот экипаж, который бой начинал!»
– Спасибо вам, товарищи! За меткий огонь в столь нужный момент. Я обязательно отмечу это в рапорте. А сейчас… все что могу.
И он снял с пояса и протянул ближайшему бойцу свою дежурную фляжку. В ней он с недавних пор носил восемьсот грамм коньяка.
– И нам, товарищ полковник, найдется, чем это дело отметить.
И Ремизов достал уже из нагрудного кармана гимнастерки плоскую фляжку грамм на двести.
– Присоединяйся, старлей.
– А вы запасливый, товарищ генерал-майор, – отметил полковник.
– Летом сорок первого приобрел эту привычку. С награждением тогда сами знаете, как было. А людей поощрить нужно. Здесь и сейчас! А то, может быть, через час бой, и не доживет человек до благодарности. Только тогда я во фляжках и спирт носил, и водку, и даже самогон иногда. А сейчас времена получше настали – я коньяк в емкости заправляю. Давай выпьем – и на «ты». Ну! За Победу!
И Ремизов первым сделал большой глоток и протянул фляжку артиллеристу.
– Федор Тимофеевич я. Со знакомством!
И комбриг протянул руку.
Савельев также сделал большой глоток и передал фляжку старшему лейтенанту. И, пожимая протянутую руку, представился в свою очередь:
– Афанасий Аполлинариевич.
Старший лейтенант благоразумно в разговор двух командиров не полез. Сделав глоток коньяка, молча протянул фляжку комбригу.
– Ты где на империалистической воевал? – поинтересовался Ремизов, принимая фляжку и обращаясь к артиллеристу.
– Юго-Западный. Первый гвардейский корпус. Конная артиллерия. Крест за Брусиловский прорыв. А вы, Федор Тимофеевич, позвольте спросить?
– Вроде договорились на «ты». На Кавказском я воевал. Унтер-офицер. А ты, Афанасий Аполлинариевич, вроде по возрасту уже не подходишь для службы.
– Извини, Федор Тимофеевич, никак не привыкну. Я ведь осенью еще майором был. За бои в районе Вязьмы и орден получил, и внеочередное. А на фронт меня и не брали. По возрасту. А когда немец уже к Москве подошел, я добровольцем записался. Готов был рядовым, с винтовкой управиться-то я могу. Но повезло! Дай Бог здоровья тому офицеру, который меня к артиллерии приставил. Все ж я здесь больше пользы Родине принесу. Обучен я этому делу. И попал тоже на конную артиллерию, в кавкорпус. А сейчас – вот! – Савельев махнул рукой в сторону самоходки. – Коней нам поменяли.
– Ну, за боевое братство! Выручил ты меня сегодня! – Ремизов приложился к фляжке.
– Это кто еще кого выручил, и кто кого поить должен!
Савельев принял емкость с остатками коньяка.
– Тот танк, который вы первым выстрелом поразили – он меня уже на мушке держал. Оставалось ему только на спуск нажать. Я уж и с жизнью попрощался. Посему должок у меня перед тобой и твоими танкистами.
