Этот пикник был самым приятным событием за последние две недели, но прервался самым невероятным образом.
Толик неожиданно закашлялся, потрясенно вытаращившись мне за спину. А потом, со слезами на глазах вытянув руку, хрипло воскликнул с восторгом:
– Ауф! Серые человечки! Они существуют!
Мы с Сашкой обернулись одновременно и, как и наш соотечественник, замерли с открытыми ртами. И в головах у нас билась, похоже, общая мысль: «Они существуют!» Из тоннеля в нашу сторону шло существо не выше полутора метров, затянутое в серо-оливковый гладкий комбинезон, подчеркивающий субтильную фигуру этого «оно» – гуманоида с непропорционально большой, без единого волоска головой, огромными раскосыми глазами, черными, без белков. Настолько яркими и удивительными, что намертво приковывали внимание, я бы даже сказала, поглощали. Через какое-то время я рассмотрела едва выступающий нос и маленький рот.
Каким образом культовый персонаж мирового кинематографа и мифов о пришельцах оказался здесь, в улье?
Мегамозг неожиданно развеселился и разговорился:
Эх, жаль самого Мегамозга, живет тут и сам в клетке, регулярно теряя «друзей».
– А вернуться? Мы сможем вернуться домой? Хоть когда-нибудь? Ведь мы всего две недели в пути, небольшой крюк – и все! Пусть не меня вернуть, но хотя бы остальных? – с дикой надеждой выдохнула я, как выяснилось, вслух, вон все замолчали и посмотрели на меня.
– Значит, мы никогда-никогда не вернемся домой? – я опять сказала вслух.
Я тяжело вдохнула, выдохнула. Посмотрев на хмурые, потемневшие лица сотрапезников, даже большеголового нетранца, присевшего рядом с Адисом за наш стол, натянуто улыбнулась. И мысленно пообещала себе, обращаясь к симбионту:
Я задохнулась от разочарования и нечаянно уставилась на Тино-фея, напряженно следившего за моим лицом.
– Даже когда ее сообщество успешно… прошло испытания и получило третье поколение? – просипела я вслух, снова забывшись. – Значит, когда все уйдут, я останусь здесь одна?
Понятно, значит, моя судьба вечность провести в этом аду. Я заморгала, пытаясь удержать слезы и не расплакаться при всех. Ведь для остальных, пусть призрачная, надежда выйти на свободу и обрести счастливую жизнь на планете еще виднелась, а для меня – нет!
– Не бойся, я с тобой! Всегда! – поверх моей дрожащей руки легла широкая и горячая ладонь Тино-фея.
Это было не просто обещание или поддержка, скорее клятва.
