Тайна рода Зверевых раскрыта, но это не приносит облегчения главному герою. Угроза оказывается намного серьезнее предполагаемой, а время для её преодоления стремительно сокращается. Судьба висит на волоске в этом захватывающем продолжении эпической саги.
Эта страница Chitat.online посвящена книге «Орден Багровой бури. Книга 5»: читатель видит описание, автора, жанры и может сразу перейти к чтению полной версии в браузере.
Тайна рода Зверевых раскрыта, но это не приносит облегчения главному герою. Угроза оказывается намного серьезнее предполагаемой, а время для её преодоления стремительно сокращается. Судьба висит на волоске в этом захватывающем продолжении эпической саги.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Тайна рода Зверевых раскрыта, но это не приносит облегчения главному герою. Угроза оказывается намного серьезнее предполагаемой, а время для её преодоления стремительно сокращается. Судьба висит на волоске в этом захватывающем продолжении эпической саги.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Похоже, «Орден Багровой бури. Книга 5» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Здравствуйте, Виктор Борисович. Лариса Ивановна, вы как всегда прекрасно выглядите, — поочередно приветствует он нас.
— Здравствуйте, Сергей Егорович. Благодарю за приглашение. У вас здесь очень красиво, — отвечаю я любезностью на любезность.
— Спасибо, ваше благородие. Я сама занималась интерьером, — с улыбкой отвечает графиня Беркут.
— Сразу видно, что у вас замечательный вкус, — делает ей комплимент Лариса.
Обменявшись комплиментами, мы проходим в гостиную, где выпиваем по коктейлю в качестве аперитива. Вид из квартиры чудесный — весь город как на ладони.
Вскоре приезжает Михаил Беркут. Вид у него не слишком довольный, но он выдавливает улыбку и вежливо здоровается с нами, после граф приглашает всех за стол.
На столе много закусок, включая бутерброды с чёрной икрой и другие дорогие деликатесы. Главным блюдом выступает запечённый с травами гусь, который оказывается великолепным. Хотя вообще-то я гусятину не очень жалую, на мой вкус жирновато.
Всё проходит как на обычном дружеском ужине до тех пор, пока Сергей Егорович не начинает бросать на сына красноречивые взгляды. Мишаня, вздохнув, отодвигает стул и встаёт. Подняв бокал, он произносит:
— Дорогие гости. Я бы хотел принести извинения за все оскорбления и дурные поступки, которые совершил по отношению к вам. Надеюсь, вы сумеете меня простить, и в будущем между нами не возникнет разногласий.
Мы с Ларисой и Виктором переглядываемся, после чего я говорю:
— Извинения приняты, Михаил. Спасибо.
— Я, в свою очередь, тоже хотел бы кое-что сказать, — Беркут-старший тоже поднимается.
Немного помедлив, он говорит:
— Я должен признаться, что недооценил вас, господа. И вёл себя недостойно, думая, что против меня выступают лишь мальчишки. Я был неправ — вы оба сильные и мудрые мужчины, настоящие аристократы. Я надеюсь, что отныне между нашими родами воцарится мир.
— Конечно, Сергей Егорович. Род Зверевых не держит на вас зла, — киваю я.
— Как и род Самойловых. Думаю, что я могу так заявить от имени моего отца, — поддерживает Виктор.
— Спасибо, господа. Предлагаю выпить за это! — граф поднимает бокал.
Выпиваем, после чего переходим к десерту. После ужина ещё немного сидим в гостиной, а затем уезжаем.
— Ни хрена себе. Знаешь, я и правда ожидал того, что он захочет нас отравить. Но чтобы он извинился… А тем более, чтобы Миша извинился! Я точно не сплю? — удивляется Виктор, пока мы спускаемся в лифте.
— Просто Беркуты поняли, что тягаться с нами слишком дорого и опасно. Он ещё легко отделался, если вспомнить кое-кого другого, — пожимаю плечами я.
— Да уж, Хрипунов и Ватагин не так легко отделались… Да и Рогов лишился всего. Кстати, ты не знаешь, что с ним?
— Понятия не имею. В первое время он пытался помешать мне вести дела, а потом пропал.
