Автор
В непредсказуемой атмосфере Ордена Черного солнца главный герой вынужден спасать эвакуированных штатских от разбушевавшейся стихии. Каждый шаг подчиняется жестоким правилам, а мрачное уныние верзиллы и его личного губернатора — лишь предвестник непредсказуемых событий в этой таинственной организации....
Здесь и сейчас нет никакой демократии. Как нет никакой цивилизации. Есть только человек, способный вытащить нас из этой передряги, и все, что от всех нас требуется, это сидеть молча и не мешать ему делать свое дело. Вся ваша демократия заключена только в одном. Вы можете искать выход сами, а можете продолжать цепляться за него. Позволю себе дать вам один совет. Не путайтесь под ногами. Это все, что я хотел вам сказать.
– Значит, отвечать на наш вопрос вы не собираетесь? – с непостижимым упрямством переспросил все тот же англичанин.
– Я уже сказал вам все, что знал, – усмехнулся Васильев.
– Не знаю почему, но мне кажется, что вы упорно что-то скрываете от нас, – подумав, ответил англичанин."
"– Вы глупец, молодой человек, – презрительно фыркнул Васильев. – Какой смысл мне скрывать от вас что-то? Мы не на раскопках и не на пороге великого открытия. Мы все, и я в том числе, находимся на чужой, враждебной нам территории, и выбираться отсюда нам нужно всем вместе. И чем скорее, тем лучше. Так что все ваши подозрения не имеют под собой почвы.
– Тогда я спрошу вас о другом. Когда он вернется?
– Этого я тоже не знаю. Как я уже сказал, он ушел, когда я еще спал. Могу предложить вместе со мной сесть и просто подождать.
– Поражаюсь вашей выдержке, профессор. Неужели вас не снедает любопытство? – не выдержал один из участников немецкой группы.
– Откровенно говоря, оно меня уже проело насквозь, – улыбнулся Васильев. – Но я отлично понимаю, что в данной ситуации он не может строить каких-то конкретных планов.
– Это верно, – кивнул англичанин явно нехотя.
– Вот давайте и дальше положимся на его умение импровизировать, – решительно подвел итог разговору Васильев.
– Но многие из нашей группы собираются уйти.
– Предложите им дождаться возвращения Алексея. Тогда, по крайней мере, будет хоть какая-то ясность. Поверьте, удерживать их не будет никто.
Понимая, что большего они от старика не добьются, делегаты поднялись и один за другим покинули хижину.
На улице уже заметно стемнело, когда профессор, сидя на пороге, услышал яростный спор сразу нескольких голосов.
