В старой английской усадьбе начинается необычный новогодний бал-маскарад, где земли Англии встречают праздники с привычкой дать свободу фантазии и смелости. Мать властителя выбирает самую экстравагантную маску для своего потомства - Николь.
Вскрикиваю от шлепка по ягодицам, все внутри сжимается, дергаюсь вперед, но меня удерживают за талию. Снова шлепок, мой крик, еще, еще, кожа горит, словно меня ошпарили кипятком, а потом нежные поглаживания успокаивают.
Так повторяется несколько раз, и я готова кончить, потому что мышцы влагалища сжимаются, хочу потрогать себя, поласкать, но как только я предпринимаю эту попытку, Райли больно дергает за волосы.
— Теперь мне, моя маленькая развратная Белоснежка, решать, когда и сколько раз ты кончишь.
Сильными руками Райли удерживает меня за бедра, большими пальцами разводит ягодицы, чувствуя, как прохладный воздух проходится по моей попке.
Снова ласкает там, уже с нажимом, я рефлекторно вздрагиваю и сжимаюсь. Он что, собирается прямо сейчас трахнуть меня туда? Мне именно этого не хватало до полного комплекта в Новогоднюю ночь.
Слышу его смех.
— Не сейчас, малышка. Но это все равно случится.
По телу бежит холодок, я так и представила, как он пронзает меня своим огромным членом сзади.
Райли пристроился сзади, я прикусила губу, чувствуя, как теплая головка его члена скользит по анусу, половым губам, раздвигая их, натирая клитор. А затем мне показалось, что я оглохла от собственного крика.
Он вошел в меня так глубоко, как только можно, сразу нанося мощные удары, ускоряя взятый сумасшедшей темп. Шлепки наших тел, характерные звуки в моей мокрой киске наполняли комнату, а я старалась кричать в матрас, принимая все новые и новые толчки.
Он доводил меня до предела возбуждения и останавливался за секунду до моего оргазма. Мял ягодицы, шлепал, поглаживал, стимулировал анус, а когда в меня проник палец, я начала кончать, сотрясаясь всем телом.
— Не могу больше…не могу…а-а-а…не…а-а-а-а…..да-а-а-а….я…..кончаю. Боже мой…кончаю.
Не контролируя себя, хотела соскочить с члена, но Райли удерживал, не выходя из меня.
Вот рука прошлась по влажной спине, словно успокаивая, кто-то поднял меня за плечи, погладил лицо, убирая с него волосы.
Тони? Что? Что он тут делает? Или это мои галлюцинации?
— Как… как ты здесь… что?
— Я же говорил, что она безумно голодная и сексуальная девочка. Возьми меня в ротик, смотри, как он хочет.
Возбужденный член Тони находился в нескольких сантиметрах от моего лица.
