Что за игры? Думай, что творишь!
— Зачем ты на меня набросился? Я же просила тебя уйти!
— Да тебя одну и на минуту оставить нельзя!
— Ничего бы со мной не случилось! Это обычный шаманский танец!
— А пол тебе чем не угодил? Слишком безопасно?
— Когда ты стал таким занудой?
— Я прошу вас быть потише, — выглянул на шум Финриар. — Юный эльф сейчас в лечебном сне, который не следует прерывать.
— Как Луаронас? — я поднялась и заглянула в тускло освещенную комнату.
— Раны затянутся, волосы отрастут, физически ничего непоправимого не произошло, — светлый вздохнул. — Но он сопротивляется лечению, поэтому нам и пришлось погрузить его в сон. Удивительно, откуда в таком израненном теле столько сил, тем более после всего пережитого?
Я смотрела на особенно бледное в синем свете лицо друга. Он очень сильный и, если захочет, добьется многого — только вот захочет ли?
Жаль, Ульта нет. Может быть, верный дракон смог бы как-то повлиять на своего наездника и хозяина…"
"Дверь открылась без стука: к нам молча зашел темный эльф, положил поднос с бумагой и вышел. Я взглянула на своих спутников.
— Это для тебя, — Полей кивнул на запечатанную воском записку.
— Я не умею читать. Прочтите, пожалуйста. У меня нет никаких секретов, тем более с этими, — я поморщилась, вспоминая «этих».
— Приглашают на ужин, — Полей, судя по удивлению на лице и заминке, два раза перечитал, прежде чем ответил. — Но только тебя.
— Не ходи, — Тин взял записку, еще раз пробежав глазами. — Или давай я схожу с тобой, кого-нибудь из эльфов возьми — в конце концов, они твои официальные представители.
— Нет, — я покачала головой. — Мне есть о чем поговорить с темными. И не думаю, что они навредят мне. Хотели бы — давно бы схватили, зачем такие сложности?
— Тинарис прав. Я пойду с тобой, и это не будет смотреться странно, — Финриар тоже взял в руки записку.
Наверное, никто полностью не верил и не понимал такого поступка темных. Дело ведь не только во мне: не пригласить остальных гостей — оскорбление, чего наши «гостеприимные» хозяева не могут не понимать. Неужели тет-а-тет со мной стоит оскорбления Светлого леса?
— Не нужно. Если что, на моей могиле прошу написать: «Пала смертью храбрых». Шучу, всё будет хорошо.
Не желая и дальше обсуждать свое решение, я пошла к спящему Луаронасу. Эльфа положили на живот, над его спиной мерцало едва заметное свечение заклинания. Два похожих на молнию зигзага намертво въелись в его спину. Но хотя и было заметно, что раны свежие, они больше не смотрелись столь жутко, как после клейма. Да и остальные почти зажили благодаря чудодейственной магии светлых. Я легонько провела по неровно обстриженной макушке.
— Ничего, дружище, до свадьбы заживет. Пещеру ты ведь так и не выдолбил, — прошептала я.