В небе над головой раздается треск оружия, а на земле вокруг них творится хаос. Все там будем действовать – нет времени думать, нужно пробить щит этой крысы. Ты прицеливаешься, нажимаешь на спуск и чувствуешь сильные толчки от взрыва, отводя взгляд от устрашающего зрелища. Agent тоже не стоит без дела и выстреливает тебе в грудь, и ты ощущаешь резкий pinch через футболку — ранение насквозь....
Сперва Марина соглашается неохотно — у неё в голове засела идея, что сражаться должны все, кто может. И раз Катя призыватель, то она должна поехать с нами. Её фанатизм меня напрягает, но пока что я держусь и действую при помощи дипломатии."
"Мне удаётся принизить Катины возможности, рассказывая про слабость её способностей и их неэффективность против нечистых. Марина соглашается со мной и предлагает мне самому передать Кате, что она не едет. Так сказать, взять удар на себя.
Я с тяжёлым придыханием и печальным лицом соглашаюсь и иду в беседку.
По сути, ещё ни одна живая душа на этом свете не знает, что я попаданец. Внутри меня гложет чувство, которое в простонародье называют: «Вода в жопе не держится»; но я борюсь с ним…
Возможно, в далёком будущем я и откроюсь тому, кому смогу доверять на все сто сорок шесть процентов. А пока что пусть этот маленький секрет томится внутри меня и мелкими зубами пираньи поедает изнутри.
Я подозреваю, что виной этому моя прежняя личность, от которой я практически полностью отказался. Бегаю с каким-то вселенским квестом, позабыв про главную аксиому: «Живи по кайфу, ведь жизнь одна». Забавно было узнать, что на самом деле она не одна.
Сразу, как только подхожу к Кате, сообщаю ей радостную новость, что ей никуда ехать не нужно. На её лице появляется облегчение, словно она ребёнок, которого родители не взяли на скучную тусу и оставили дома. Ей так понравилась эта новость, что обнимашки случились сами собой.
Как же непривычно, что целоваться можно, а дальше идти нельзя… Интерес разгорается, как пожар в Сибири, и его точно так же невозможно потушить, ведь это становится делом принципа — завладеть этой неприступной княгиней.
Мы сидим с Катей и беседуем больше двух часов. Я рассказываю о своих догадках по поводу НКК, но она не особо верит моим словам, и это немудрено, ведь жителям Российской Империи знатно промыли мозги. Только старики помнят прошлые времена, а молодёжь слепо верит телевизору и интернету.
Как бы то ни было, у меня не стоит цель убедить Катю, я лишь хотел выговориться и поразмышлять вслух. Такой метод позволяет генерировать разные интересные мысли и отбрасывать ненужный шлак. Иногда можно побеседовать с самим собой, но тут главное на спалиться, ведь можно оказаться одетым в белый халат с длинными рукавами.
Наконец, всё готово, и мы на шести машинах выезжаем с территории особняка.
