В дни осени, старые стенки Сокольниковского монастыря кажутся необычайно молодыми и нарядными. Пустынным и печальным становится улочка, где древние дома словно вышли из моды — но сохраняют свою щеголятку. Колокол Христа Спасителя возвещает о тихой, мелодичной смене дня. Этот тонкий и хитрый звук заигрывает над обнаженными кронами деревьев, скрываясь в тщательно сплетенных дворах, арок и перекрестных переулках....
Вам должно быть известно, что мы, реставраторы, имеем право заключать договора с подрядными организациями.
— Известно, мне все известно.
— Простите, Сергей Викторович, — вмешался в разговор Вадим, — вы, кажется, первый обнаружили кражу?
— Да.
— Расскажите.
— Все зафиксировано в протоколе.
Протокол допроса свидетеля"
"«Я, инспектор уголовного розыска 60-го отделения милиции г. Москвы лейтенант Крылов, допросил в качестве свидетеля гражданина Славского Сергея Викторовича, 1941 года рождения, беспартийного, ранее несудимого, уроженца г.
Предупреждаю вас, гражданин Славский, что допрос будет производиться при магнитофонной записи.
Крылов. Гражданин Славский, в какое время вы пришли на работу?
Славский. Я прихожу раньше всех, за полчаса до восьми, чтобы подготовить рабочее место.
Крылов. Милицию вызывали вы?
Славский.
Крылов. Почему?
Славский. Я увидел сломанный замок.
Крылов. Расскажите подробнее.
Славский. Ключи были только у меня. Я же и опечатывал дверь. Утром 14 августа я увидел, что замок взломан, а дверь открыта.
Крылов. Вы входили в помещение?
Славский. Нет. Я побежал во флигель к сторожу, но разбудить его не смог, он был абсолютно пьян. Я из автомата вызвал милицию.
Крылов. Когда вы вошли к сторожу Кирееву, что вы увидели?
Славский. Сначала запах отвратительный почувствовал, перегара, пота, прокисшей еды.
Крылов. Киреев пил?
Славский. Да. Целый день шатался по объекту, выпрашивал рубли, бутылки из-под кефира воровал. Ханыга.
Крылов. Вы не обратили внимания, кто-нибудь из посторонних приходил к Кирееву?
Славский. Конечно, приходили. Особенно в конце рабочего дня.
Крылов. Как это понимать?
Славский. Алкаши местные раненько прибегали, находились в рассуждении, где достать опохмелиться.
Крылов. Кто конкретно?
Славский. Я их знаю визуально. Помню, что одного называли Хоттабыч.
Крылов. Как он выглядит?
Славский. Выше среднего роста, лысый, лицо опухшее, все приговаривает: „Трахти-бидахти-бидухтибидах“. Так в повести Лагина говорит старик Хоттабыч.
