Автор
В постели, холодный воздух словно стягивал одежду мужчины. Он мечтал о сигарете, но сдержался - слишком опасная мысль. В комнате две женщины, а он спит один, что вызывает странное неумолимое чувство тревоги и подозрения.
– И о состоянии ваших дел всем известно? Или потенциальный преступник мог быть не осведомлен?
– Известно. Я судорожно собирал деньги, обращался к разным людям, и один из них действительно помог. К слову, это ему я сейчас должен. Нет, вряд ли кому-то пришла в голову шальная мысль похищать мою партнершу ради выкупа.
– Хорошо, – голос Вероники звучал задумчиво. – Тогда ради чего ее стоило бы похитить?
Митя хотел было уверить свою собеседницу, что похищать Клодию Подхомутову совершенно бессмысленно, да так и остался стоять с открытым ртом.
– Ника, наверное, я сейчас скажу полную чушь, но единственная причина вывести нас с Клавкой из игры – это желание сорвать наше участие в «Осенней Москве», – медленно сказал он. – Другой я не вижу.
– Но зачем? – Вероника смотрела изумленно: видимо, присущая ей логика разбивалась о Митино предположение в пух и прах. – Это же глупость! Или в российском спорте настолько сильна конкуренция, что ваши противники не гнушаются ничем, лишь бы вывести вас из игры? Кто, кстати, ваш основной конкурент?
– Мария Березкина и Александр Клюев.
"– Для вас – не повод, а для кого-то другого вполне. – Эта девушка была так по-американски собранна и рассудительна, что Митя невольно любовался ею.
Конечно, осень – неподходящее время, чтобы влюбиться, да и обстоятельства тоже, но Вероника так хороша, что поневоле забываешь обо всем.
Деньги… Победа… Турнир… Договор, который подписал именно он, Дмитрий Фриш, и в котором нет ни слова о Клавке… Победа… Деньги… Победа…
– Ника, – хрипло сказал Митя, – мне нужно срочно ехать домой. Кажется, я понял, что могло произойти. Просто чтобы в этом убедиться, надо срочно найти одну бумагу, которая хранится в моей квартире.
– Так поехали, – просто сказала она. – Только я сейчас предупрежу родителей, а то они могут начать волноваться.
Они быстро домчались до места. Митя посторонился, пропуская неожиданную гостью в свою квартиру, бросил короткое: «Проходи, располагайся, я сейчас», – и кинулся в спальню, где в специальном ящике в шкафу хранил все важные документы. Клавку его обстоятельность смешила, ибо у нее все валялось где попало и без всякой системы.
