Вы что, шутите, пусть дядя Гриша займет его место, они его кокнут, и все, значит, закончилось хорошо. Нет, я решительно против.
– Да, – почесал затылок Турецкий, – я, Слава, на твоем месте рассуждал бы так же. Да и на своем тоже. Александра Иванна! – повернулся он к Романовой. – Это что же в самом деле получается, мы дядю под верную пулю подставляем, так, что ли?
Романова вместо ответа, скрестив руки на груди, мрачно посмотрела на Дроздова.
Некоторое время все молчали.
– Как ты думаешь, Вадим, – спросил наконец Турецкий, – чего они хотят, эти ваши орлы? Убрать Президента, похитить?
-Ну, – глухо сказал Дроздов, – судя по тому, что было в Ирландии, скорее всего – убить.
– Нет! – Турецкий вскочил с места и нервно заходил по кабинету, – Тот случай ничего не объясняет, понимаете? Тогда покушение готовилось так, чтобы можно было все свалить на естественные причины: стало плохо с сердцем, внезапный инфаркт, инсульт, удар, – в общем, придумали бы что-нибудь подходящее.
– Ну ты, Саша, все-таки недоучитываешь экспертизу, – вставила Романова.
– Какая экспертиза, Шура! – Турецкий уже почти кричал. – Да если они сумели Президенту вместо лекарства подсунуть какую-то пакость, так уж экспертизу они проведут такую, как им надо. Если решат, что будет лучше всего, если Президент внезапно скончается от острого приступа слоновой болезни или прищемления дверью левого уха, экспертиза и это установит!
– Но… – хотела что-то сказать Романова, однако Турецкий снова перебил ее:
– А теперь они, очень возможно, придумают что-нибудь другое. Захватят Президента, всем объявят, что он заболел.
– Народ, конечно, опять раскричится, что у него – запой, – мрачно констатировал Дроздов.
– Да, по-моему, ваши ребята делают все, чтобы его опозорить.
– Снизить рейтинг, – с мрачной иронией поправила Турецкого Романова, – Теперь так принято говорить. Ты отстаешь от жизни.
– Плевать! – крикнул Турецкий.
– Понимаешь, Саша, – Дроздов говорил тихо, и все замолчали, чтобы лучше расслышать его слова, – самое худшее заключается в том, что Президент не верит в эти покушения. Вернее, верит, но… и не верит. Он по-прежнему не допускает мысли, что это дело рук кого-то из наших. Я говорил об этом с Шиловым, и у меня создалось впечатление, что он тоже не вполне мне, поверил. Хотя… на время отстранил Руденко от важных операций.
– Может быть, он проверяет его, – предположил Турецкий.
– Может быть, – ответил Дроздов и продолжал: – Так вот.
