Автор
В Эмпории, где обычные школьники обычно не подозревают о гей браках, Ллывелин и Мосс — два одиссея, выгуливавшиеся по родительскому особняку. Жестокие угрозы и истерический смех нарушали тишину дома, заставляя всех бояться любых необычных поведений.
Он чувствовал себя единым целым с Шейном. Впервые в жизни он чувствовал себя по-настоящему живым.
— Ааахххх боже… Шейн…
— Я здесь, Ллевел…
Бедра Шейна ослабли и дрогнули, в последний раз врезавшись в Лу. Он обмяк, рухнув на спину Ллевелина, прижимая его к себе настолько близко, насколько это было возможно. Лу застонал, когда его задницу затопило приятное тепло, которое быстро распространялось глубоко внутри него. Шейн шипел, с его губ срывались ругательства, пока он полностью изливал себя, слегка вздрагивая и поверхностно толкаясь внутрь.
— Как же хорошо, детка… — Шейн продолжал целовать его. — Люблю тебя… так сильно.
Оба лежали не в силах пошевелиться и потеряв счет времени, не желая разрывать установившуюся между ними связь. Лу первым заерзал, когда член Шейна выскользнул из него.
— Ох… Странное ощущение…
Шейн лениво ему усмехнулся.
— Я знаю, — он скатился с него, его рука легла на грудь. — Черт… никогда не чувствовал себя так раньше.
— Я тоже. Боже, ты делаешь со мной такие вещи, заставляешь меня чувствовать то, о существовании чего я даже не подозревал, — произнес Лу, приподнявшись на локте и глядя на мужчину, которого он любил. — Я тоже заставляю тебя испытывать это, когда мы занимаемся любовью? Как будто абсолютно все в мире правильно...
Шейн посмотрел ему в глаза, слегка поглаживая кончиками пальцев лицо Лу.
— Ты заставляешь меня чувствовать это каждый день, не только когда мы занимаемся любовью.
Глава тридцать вторая
Они быстро ополоснулись, потому что оба были настолько уставшими, что едва могли держать глаза открытыми, чтобы почистить зубы. Лу первым плюхнулся на кровать лицом вниз, пока Шейн убедился, что все выключено и все двери заперты. Он улыбнулся, ложась рядом с Лу и забираясь под его большую руку. Он не помнил больше ни одной мысли, после того, как закрыл глаза, тут же провалившись в глубокий сон.
Громкий звонок телефона Лу заставил их обоих вздрогнуть спросонок.
— Ублюдок… — лениво пробормотал Шейн.
Лу усмехнулся ему, отвечая на звонок сонным:
— Да.
— Братишка, чем ты там занят? — запыхавшись произнес Лесли на другом конце.
— Лес, сейчас три часа ночи, как ты думаешь, чем я могу заниматься? — Лу потянулся, застонав от болезненного, но восхитительно саднящего ощущения в заднице.
— О боже, нет.
