Автор
В дешевом такси я оказываюсь возле величавого жилища. Кровь холодно бьется в щеках от сырого весеннего ветра и стыда. Пришла бы я туда сама — ни за что на свете. Но неожиданность: ребёнок в детской переноске – это не просто детство, это непреодолимая причина. Атмосфера дома напряжена и загадочна, как яркий забор с кованой дверью, за которым скрывается хозяин....
– Не знаю, как такое может быть…
Может, ей надо было на актерский, а не в медицинский? Шок изображает вполне естественно.
– Такое бывает, когда мужчина и ребенок не имеют друг к другу отношения.
Этот взгляд… Она смотрит на меня прямо, и я не могу отвернуться. В темных глазах напротив столько боли и обиды. Даже не по себе.
– Кроме вас у меня больше никого не было.
И всё. Ни про какие ошибки, подлоги, интриги. А еще мы снова на вы. Странно, впрочем, что я обращаю на это внимание в данной ситуации.
Лина тем временем встает с дивана. Молча уходит. Как я и предполагаю, в ""их"" комнату. Провожаю взглядом хрупкую фигурку. Черт знает что! Может быть, я полный идиот, но мне сейчас самому интересно – как так вышло–то?!
Отбрасываю телефон на диван. Что толку сидеть и перечитывать текст анализов? И вообще пора бы выйти из ступора.
Встаю. Иду в ту сторону, где совсем недавно скрылась Лина. Дверь гостевой комнатки распахнута. Можно войти без стука. Да, ситуация вырисовывается мерзкая.
Однако ничего подобного. Элина просто собирает рюкзак. Малой не спит, хнычет.
– Ш–ш–ш–ш, – приговаривает его мама.
Я отхожу к косяку и упираюсь в него спиной. Этим двоим некуда идти. Ну для начала она выйдет и побредет до остановки. Скорее всего, на такси не будет тратиться. А дальше?
Есть какие–то приюты, наверное. Знает она адрес? И как там в них вообще… Существует ли опасность напороться на мошенников?
Все эти мысли, кажется, перекатываются у меня прямо в горле, как противный еж.
Пытаюсь сглотнуть, прокашляться. Но ничего не получается.
– Мы скоро, – Лина понимает мои потуги по–своему.
А мелкий еще больше дает ревака. Его мама лишь прикусывает губу.
– Покорми ребенка, если нужно. Я никуда тебя не тороплю.
Наверное, все дело в том, что я никогда не оглядывался на чье–то мнение. Ни отдельно взятых людей, ни общества в целом. Моего отца это очень бесит.
И кем выгляжу сейчас, мне в целом–то плевать. Больше беспокоит та смесь эмоций, которые уже полчаса не могу успокоиться внутри.
В подтверждение своих слов выхожу и закрываю за собой дверь. Иду в большую комнату к кухонной зоне. Наливаю стакан холодной воды. Пью жадными глотками. Ком немного проходит. Мозги тоже проясняются самую малость.
