В тихой бухте Осиная фабрика, где ржавые лебедки скрежещут ветру, ты обнаруживаешь два Столба. Одни прикреплены к крысе и стрекозам, другие — к мыши и чайке. Когда птицы взмывают в ночной воздух, ты видишь, как они вокруг дюны кружатся, преследуемые твоими созданными созданиями....
Когда раньше я спрашивал его, куда он едет, он отвечал: В Фук, который по его словам был небольшим городком к северу от Инвернесса «Город в Шотландии». Чтобы узнать правду потребовались годы и множество странных взглядов на меня в Портнейле.
— Сегодня я еду в город, — сказал он мне между салатом и рисом. Я кивнул, и он продолжил. — Буду обратно поздно.
Возможно, он шел в Портнейл напиться в гостиницу или в Инвернесс, где он часто бывает по делам, относительно которых он напускает туману, но я подозреваю, они как-то связаны с Эриком.
— Хорошо, — сказал я.
— Я возьму ключ, ты можешь замкнуться, когда захочешь. — Он со звоном положил нож и вилку на пустую тарелку и вытер рот коричневой салфеткой, сделанной из переработанной макулатуры. — Только не запирай засовы, хорошо?
— Хорошо, — сказал я.
— Ты приготовишь себе чего-нибудь поесть?
Я кивнул опять, не поднимая головы от еды.
— И ты помоешь посуду? — я кивнул опять. — Я не думаю, что Диггс приедет опять, но если да, я хочу, чтобы ты ему не попадался.
— Не беспокойся, — сказал я ему и вздохнул.
— Тогда я поехал.
Я посмотрел вверх как раз вовремя, чтобы увидеть, как он надел свою шляпу на голову и посмотрел вокруг кухни, хлопая по карманам. Он опять посмотрел на меня и кивнул. Я сказал:
— Пока.
— Да, — сказал он. — Пока.
— До свидания.
— Да. — Он повернулся, потом снова повернулся, опять посмотрел вокруг комнаты и пошел к двери, по пути взяв свою палку из угла около стиральной машины. Я слышал, как хлопнула наружная дверь, потом была тишина.
Я подождал минуту и потом поднялся, оставив почти чистую тарелку, и прошел через дом на веранду, где я мог видеть тропинку, ведущую через дюны к мосту. Отец шел по ней с опущенной головой, нетерпеливо переставляя палку, быстро двигаясь в стиле чего-то вроде озабоченного марша. Я видел, как он ударил палкой полевые цветы на обочине тропки.
Я взбежал по лестнице, задержавшись у окна на площадке посмотреть, как отец исчезает за дюной перед мостом, дошел до двери кабинета и быстро повернул ручку.
После того, как я закончил есть и помыл посуду, я пошел в мою комнату, проверил пиво и взял мое духовое ружье. Я убедился, что у меня достаточно пулек в карманах жакета, потом направился на Кроличью Землю — участок на большой земле между рукавом залива и городской помойкой.
Я не люблю применять ружье, оно для меня слишком аккуратно действует.
