В тихой бухте Осиная фабрика, где ржавые лебедки скрежещут ветру, ты обнаруживаешь два Столба. Одни прикреплены к крысе и стрекозам, другие — к мыши и чайке. Когда птицы взмывают в ночной воздух, ты видишь, как они вокруг дюны кружатся, преследуемые твоими созданными созданиями....
Сорвал тугую крышку ножом, маленькой ложечкой, которая была внутри банки, перенес немного белой смеси на круглую металлическую тарелку, которая стояла перед черепом старой собаки. Затем я взял маленького ящик с самым старым трупиком осы и перевернул его на белую кучку гранул. Я поставил на место закрытую банку и пластиковую коробочку и спичкой зажег маленький погребальный костер.
Смесь сахара и гербицида шипела и пылала, яркий свет бил в лицо, облака дыма клубились вверху и вокруг моей головы, я не дышал, и мои глаза слезились.
Я наклонился вперед, задул свечи с осами, потом дунул через глазницу и загасил свечу внутри черепа.
3
Я закрыл дверь и замкнул ее. Вернулся домой на ленч и увидел своего отца, который рубил плавник на заднем дворе.
— Доброе утро, — сказал он, вытирая лоб. Было не жарко, но влажно, и он был раздет до майки.
— Привет, — сказал я.
— Ну, как ты вчера?
— Хорошо.
— Я вернулся поздно.
— Я уже спал.
— Я так и подумал. Ты скоро захочешь есть.
— Я могу приготовить сегодня ленч, если хочешь."
"— Нет, не нужно. Можешь рубить дрова, если ты не против. Я сделаю ленч на двоих. — Он положил топор и вытер руки о штаны, смотря на меня. — Все ли было спокойно вчера?
— О, да, — я кивнул и остался стоять.
— Ничего не случилось?
— Ничего важного, — заверил его я, складывая мое снаряжение и снимая свитер.
— Хорошо, — сказал он, убежденный, и пошел в дом. Я замахнулся топором на куски плавника.
4
После ленча я направился в город на Щебне, моем велосипеде, взяв с собой немного денег. Я сказал своему отцу, что вернусь до ужина. На полпути к Портнейлу начался дождь, я остановился надеть плащ. Ехать было тяжело, но я добрался без происшествий.
