В тихой бухте Осиная фабрика, где ржавые лебедки скрежещут ветру, ты обнаруживаешь два Столба. Одни прикреплены к крысе и стрекозам, другие — к мыши и чайке. Когда птицы взмывают в ночной воздух, ты видишь, как они вокруг дюны кружатся, преследуемые твоими созданными созданиями....
Взяла еще котлет и вернулась к морозилке. Я подумал, не обморозится ли она, я точно видел кристаллики льда, которые блестели на ее чуть заметных усиках.
— Однако как много всего Вы сегодня нам привезли, удивительно, как это Вы не упали по дороге.
— Ты никогда не увидишь как я упаду, — миссис Клэмп потрясла головой еще раз, подошла к раковине, потянулась вверх и вперед, стоя на цыпочках, открыла горячую воду, сполоснула руки, вытерла их о свой нейлоновый, в голубую клетку рабочий халат и взяла из корзины сыр.
— Не желаете ли чашечку чего-нибудь, миссис Клэмп?
— Я не хочу, — сказала миссис Клэмп, тряся головой внутри холодильника, чуть ниже отделения для заморозки льда.
— Ну, хорошо, — я смотрел, как она еще раз мыла руки, а когда она начала отделять латук от шпината, я вышел из кухни и поднялся в мою комнату.
5
У нас был обычный субботний ленч: рыба с картошкой, выращенной на нашем огороде. Миссис Клэмп сидела вместо меня напротив отца, за узкой стороной стола. Я сидел посередине широкой стороны стола, спиной к раковине, раскладывая рыбьи кости на тарелке в виде полных смысла узоров, а отец и миссис Клэмп обменивались формальными, почти ритуальными комплиментами.
— Еще чаю, мистер Колдхейм? — спросила миссис Клэмп.
— Спасибо, нет, миссис Клэмп, — ответил отец.
— Франциск? — спросила меня старушка.
— Спасибо, нет, — сказал я. Горошина сошла бы за зеленый череп для скелета.
— Я слышала, констебль был здесь несколько дней тому назад, если Вы не возражаете, что я об этом говорю, сказала миссис Клэмп и вежливо покашляла.
— Да, это правда, — сказал отец и положил в рот так много еды, что не смог говорить минуту или больше. Миссис Клэмп кивнула своей пересоленной рыбе и отпила чай. Я замычал, и отец глянул на меня, его челюсти похожи на двух борцов.
На эту тему больше ничего сказано не было.
6
В субботний вечер я, как обычно, стоял в Гербе, около стены в набитой, наполненной сигаретным дымом комнате, которая располагалась в отеле. В руке я держал пластиковый стакан объемом в пинту «Британская пинта = 0,568 литра», упирался ногами в пол, а спиной в оклеенную обоями колонну. Джеми-карлик сидел на моих плечах, время от времени ставил на мою голову пинту темного пива и разговаривал со мной.
— Чем ты сейчас занимаешься, Франки?
— Ничем особенным.
