Миссис Клэмп была в неведении и ярости, но принесла лекарства, которые он потребовал, потом почти упала в обморок, увидев кровавое месиво между моих ног. Отец взял у нее аптечку и приказал вернуться к моей матери.
Я пришел в сознание через час и лежал в постели, накачанный лекарствами, обессиленный потерей крови, а отец пошел с ружьем, которое у него тогда еще было, искать Старого Сола.
Он его нашел через пару минут, даже не выходя из дома. Старый пес прятался около двери погреба, в прохладной тени под лестницей.
Сол скулил и дрожал, моя юная кровь смешалась со слюной и слизью из глаз на его обвисшей морде, он зарычал и посмотрел вверх, дрожа и моля, на моего отца, который поднял и задушил его."
"Я заставил моего отца рассказать все это, еще он добавил, якобы в ту же секунду, когда он выдавил последнюю каплю жизни из дергающегося пса, он услышал крик сверху, внутри дома, это был мальчик, которого они назвали Пол «Сол — языческое имя апостола Павла (Пола)». Какая извращенная мысль пришла тогда в голову моего отца и заставила его выбрать такое имя, я даже не берусь вообразить, но именно его Энгус выбрал для своего нового сына.
Имя ему пришлось выбирать одному, Агнесс не осталась в доме надолго. Два дня она выздоравливала, выразила шок и ужас по поводу случившегося со мной, потом села на свой мотоцикл и уехала. Отец пытался ее остановить, встав на пути мотоцикла перед мостом, она переехала моего отца и очень неудачно сломала ему ногу.
Так Миссис Клэмп пришлось ухаживать и за моим отцом, а он запретил старушке пригласить любого другого доктора, и сам загипсовал свою ногу, хотя и не совсем правильно, чем и объясняется его хромота.
Миссис Клэмп вынуждена была на следующий день после отъезда матери Пола отнести новорожденного в местный госпиталь. Отец протестовал, но как заметила Миссис Клэмп, у нее и без нуждающегося в постоянном уходе младенца было достаточно хлопот с двумя прикованными к постели инвалидами.
3
Я рассказал о последнем визите моей матери в дом и на остров.
В результате него она оставила одно существо мертвым, одно родившимся и двух пожизненных инвалидов. Неплохо для двух недель в клевое лето психоделической любви, мира и всеобщего благоденствия.
Старого Сола закопали на склоне за домом, позднее я назвал то место Землей Черепа. Отец утверждает, будто он разрезал пса и нашел мои крохотные гениталии в желудке, но не говорит, что он с ними сделал.
Пол был Солом.