Автор
Вновь у окна я наблюдаю за Инглабом, но темнота скрывает его проход. Усталый взгляд пронзает моё сердце, вызывая странное предчувствие. Поздно он всегда возвращается домой, и теперь этот обычный вечер кажется необычным.
Я сообщила Демиру, что решила вернуться домой, потому что с Инглабом у нас не сложилось. Он принял это, лишь спросив: «Он тебя не обидел?».
Знаю, что брат встречался и разговаривал с Инглабом, предупреждал его о том, чтобы тот не вздумал меня обижать. Я убедила его, что всё в порядке. Больше никаких вопросов он не задавал, за что я была безмерно благодарна.
— Поездка получилась плодотворной, все прошло, как я хотел. Азра приедет к ужину, — отвечает он.
Проходит и садится на диван, включает телевизор.
— Замечательно, тогда сообщу, чтобы начали подготовку к ужину, — засуетившись, мама направляется к кухонной зоне.
— А мы с Камиллой за это время поговорим, — говорит отец, приглашая меня взглядом в свой кабинет.
Я обреченно двигаюсь за ним. Бросаю взгляд на Демира, он подмигивает мне и произносит беззвучно губами: «Держись».
Если в детстве папа звал кого-то из нас в своей кабинет, мы называли это между собой ""на ковер"". Это могло означать только одно, что он не доволен нашим поведением, и нам есть о чём поговорить с глазу на глаз.
— Рад, что ты одумалась, дочь, — начинает он, усаживаясь в своё кресло.
Я остаюсь стоять на месте. Спрятав взгляд, размышляю, чтобы он сделал, расскажи я ему всю правду? Но моё воображение подводит меня. Я не знаю. Даже не имею представления. Конечно, он бы разозлился, разочаровался во мне. Наверное, он уже это сделал.
— Никто, кроме твоих братьев и Азры не в курсе, что произошло.
Неловко переминаясь с ноги на ногу, киваю ему в ответ. Но отец смотрит на меня в упор ждёт моего устного ответа.
— Да, папа, я поняла.
— Хорошо. А теперь ответь, вопрос с твоим замужеством с этим мальчиком можно считать закрытым?
Я вновь киваю. Чувствую, как кровь приливает к моим щекам.
— Я рад, — довольно произносит он. — Не знаю, что заставило тебя изменить решение, но это означает, что я правильно поступил, не позволив зарегистрировать этот брак.
Я понимаю, что он говорит о том, что ни в одном ЗАГСе города не приняли наше заявление. Признаётся, что это его рук дело.
Я молчу, поджав губы. Воспоминания о том, как Инглаб настаивал на регистрации нашего брака, накатывают лавиной. Теперь становится понятно, что им двигала вовсе не порядочность.
