Автор
Вниз изогнутыми линиями — это описание начала книги "Осколки тебя". Жесткие контуры переносятся в холодную, отстраненную атмосферу, где все ускоряется и становится неверояtable. Постепенно фигура на улице исчезает, оставляя лишь тень, но это тот же человек, что и раньше — друг и враг для Лены. Сегодня мир изменился: она вспомнила все. Книга описывает дuality чувств и действий главных героев, переплетающихся в сложной истории любви и ненависти....
С каких это пор он стал замечать сестру Холта? И не просто замечать, а вести себя, как идиот? Такого внимания к ней от друга я не ожидал, но меня удивляет другое — она изменилась. Почти неуловимо, и все же… это больше не та Лена Холт, которую я наказал своей злостью и оставил в кабинете."
"Не знаю на что я надеялся, срезая ей волосы — в тот момент мной владели эмоции и желание заглушить их в себе, но я хотел, чтобы Трескунок стала незаметной. Такой же обыкновенной девчонкой, как ее дурацкое прозвище! А сейчас при одном взгляде на них с Лоуренсом в душе ворочалось что-то жуткое и опасное, лишающее покоя.
Так почему же сам сейчас таращусь на нее, красивую девушку, в спокойном лице которой читается гордость, натягивая желваки?
Мягкий взгляд карих глаз благодарно касается Лукаса, и девчонка уходит — и не подумав взглянуть на меня, как смотрела до этого множество раз, заставляя закипать от знания, что в ней живет та же тоска, что и во мне.
Лукас оборачивается ей вслед, поднимает руку и чешет в затылке, оценивая девичью фигуру со спины. Растягивает по-дурацки усмешку, закусывая губу.
— Какая все же горячая сестра у Холта! Если бы не память об Алексе, честное слово, Картер, я бы к ней подкатил! Зря ты ее терпеть не можешь!
Я дергаю сумку и продолжаю путь, но друг меня догоняет.
— Чего ты, Райт? Я, может, по-серьезному настроен! Лена — не Тильда, и даже не Грейс, которых на секс уломать — раз плюнуть. К ней не подкатишь со словами: «Эй, детка, хватит болтать, давай займемся кое-чем поинтереснее!» За ней ухаживать нужно. А вдруг я на это способен? Между прочим, я ни разу не дарил девчонке цветы. А ты?
— Заткнись, Палмер! — неостывшая злость вновь знакомо шевелится в груди, заставляя голос друга звучать громче.
— А что, скажешь, я не прав? — не унимается Лукас. — С такой либо по-настоящему, либо никак. Иногда мне кажется, что улица сделала нас циниками и ублюдками, Райт. А мне уже не интересно просто так. Пресно, понимаешь? Это как застать в постели Криса с подругой, и передернуть за компанию. В первые пару минут заводит, а потом будто дерьма наелся!..
