За долги отцов платят дети, так что реще давай, бабосы ищи или без хаты останешься. — Слышу как на заднем фоне заливаются неприятным смехом.
— Я на вас в полицию пожалуюсь, и разговор кстати я записала! — изо всех сил шиплю в трубку, стараясь, чтобы Васька меня не услышала. — Еще один звонок или угроза в мой адрес, и… и будете срок мотать на нарах! Вот!
И не дожидаясь ответа, скидываю вызов.
Может, я зря, конечно, так с ними, а? Но папа всегда учил, что нельзя показывать свой страх, что это только подстегивает их.
Ох, папа, папа! Вот что же ты влез и… на кого нас оставил?..
Ну вот, глаза опять на мокром месте. Не хватало еще, чтобы Вася увидела, она только пришла в себя после семейного горя. Была бы у нас мама, было бы легче, но… у нас есть только мы.
Отчего-то вспоминаю вчерашнюю встречу с Османом и… мурашки по коже. Большие такие, размером со слона. Не очень приятные, увы.
Когда-то клялся, что всегда будет меня оберегать и защищать, а сам разрушил мою семью — как объяснил мне Гера, это по его вине отца посадили.
Видимо, решил меня добить после нашего расставания.
Все произошло так быстро, так спонтанно, что мы с Васей не успели ничего понять, а теперь… Какое это имеет значение?
Всхлипываю, и опять-двадцать пять, рёва-корова.
— Поль, ты чего?
Васька стоит в дверях и хлопает глазами. Ой, я не планировала устраивать коллективный плач Ярославны, так что…
— Ничего. — Наспех вытираю слезы тыльной стороной ладони. — Уроки сделала?
— Ты же знаешь, что да.
Чего ревешь?
— Не реву я.
— Очень заметно.
Молчим. Вася подходит ближе и забирается с ногами на диван. Каришка еще спит, я не стала ее будить. Некоторое время сидим и наслаждаемся такой редкой в нашей квартирке тишиной.
— Вась, я теперь буду работать из дома, — первая нарушаю молчание, понимая, что не успела ей рассказать свою главную новость за сегодняшний день.
— Дистант что ли? Онлайн-уроки?
— Нет, ко мне будет приезжать ученик. Твой ровесник, кстати. Будем готовить его к поступлению в универ.
— А Каришу куда?
— Буду планировать занятия под ее дневной сон или, наоборот, — неопределенно машу рукой, понимая, что не до конца продумала этот момент.
В конце концов, если не потяну совмещение работы и материнства, всегда можно отказаться от первого.
Но отказываться не приходится. Моя малышка словно понимает, как нам нелегко, и на следующий день засыпает прямо по расписанию, аккурат к приезду Артема, сына директрисы Багрянцевой.
