Автор
В Риналлии, где восемь братьев и сестер разделяют одну маму, каждое слово взаимных претензий становится частью бесконечного спора. Непосредственный голос матери заполняет каждый угол дома, заставляя детей скрываться или вступать в ставки на громкость звуков. Вместе с этим уникальным даром Риналлии приходит осознание собственного таланта - я, как и моя мама, способна заглушить любые голоса....
Акиф прислал нашему Лучезарному уведомление, что я стала его третьей женой. Тот ожидаемо ответил, что церемонии по эльфийским обычаям не было, и он не может признать такой союз. Что удивительно, акиф не требовал моего возвращения, а Владыке ответил, что учтет этот факт.
И тишина. Несколько недель мы провели при дворе, но так как никаких сдвигов в этом деле не было, повелитель разрешил нам вернуться домой. Только запретил покидать земли нашего государства. Что было ожидаемо, впрочем.
Некоторое время я жила в поместье Иррилия.
Одним из таких стало разрешение женщинам открывать лицо. Волосы в дань традициям так и оставались покрытыми корфой, но все же. Это произвело фурор. Были и возмущения, но после предыдущих многочисленных казней оспаривать решения своего правителя решались немногие.
Если на окраинах женщины еще закрывали лица, то в столице щеголяли с открытыми, а кто не мог полностью перестроиться, прикрывались тончайшими прозрачными вуалями. Но такое новшество, уверена, здорово облегчало жизнь. Особенно при принятии пищи.
Далее шпионы донесли, что акиф занялся масштабной перестройкой дворца. Причины не озвучивались, и все лишь терялись в догадках.
А потом ко мне вернулся Рорк. Мы все вместе как раз обедали в саду, когда он неожиданно свалился на меня буквально с неба. Оказалось, Талиса, ахана Арджаны, пыталась не пустить его к нам, перехватывая в воздухе, но он умудрился проскользнуть. Уставший, соскучившийся. На лапе принес записку:
Мое сердце с тобой."
"Послание акифа вызвало бурю чувств в душе, но больше всего разозлило. Как понимать эти короткие слова? Неужели нельзя было написать просто и понятно: «Я тебя отпускаю».
Я еще некоторое время напряженно ждала каких-либо вестей, но все было тихо. Деньги за проданный товар мне пришли. Духи пока так и остались в Игенборге, и принимать решения насчет этого товара я не спешила, считая, что лучше пусть пройдет больше времени. Если он не трогает меня, то не стоит пока напоминать о себе даже косвенно.
Мой помощник Эндарион почти поправился и вернулся к делам.
