Горящие глаза стражника пробуждают неприкаянность в сердце Игоря. Улицы вокруг напоминают сцену из страшного梦境，аждый шаг кажется последним перед безвыходным выбором. Особое зелье, должно быть, здесь, сейчас, прямо за углом...
— Я видел собственными глазами!
Глава 17
Суд на Пустыре
— Приехали… — пробубнил Бизон.
— Ша! Брехня! — вторил ему Муся. — Игорь, ты-таки никого не убивал в последнее время?
— Нет, — ответил Игорь, хоть и удивившись, но догадываясь, откуда у обвинений ноги растут.
— Слышали? Мой друг Игорь говорит, что этот поц брешет, как поганая дворняга! — сразу же объявил Муся."
"— Я ж его видел своими глазами! — оскорбившись таким сравнением, возопил мужчина. — Да я его!..
— Да ты, может, вообще алкаш. Или наркоман с затейливыми глюками! — отмахнувшись громадной ручищей, перебил его Бизон.
— А ну тихо! — рявкнул главный торговец, вставая в повозке в полный рост. — Какие есть доказательства, что мой пассажир кого-то убил?
— Так это же, труп ишшо! — отозвался кто-то из толпы, пришедшей с мужчиной. — Труп же есть!
— Ну и что с этим трупом? Какое же это доказательство? — хмуря седые брови, громко уточнил Эрин.
— Верно! — согласились с нюхачом невольные зрители очередного цирка.
К слову, на представление подтягивалось всё больше и больше людей. Похоже, бесплатные развлечения пользовались здесь, на Пустыре, популярностью.
— Да что же это делается⁈ — возмутился мужчина. — Меня! Честного человека! Обозвали алкоголиком! Наркоманом! Люди! А завтра что? Всех наших Пустырных женщин проститутками эти пришлые обзовут?
— И то верно!
— Ты когда это местным успел стать? И кого вообще тут местным считаешь? — не согласился торговец, стоявший у ближайшей лавки.
Игорь и его спутники спустились с телеги, понимая, что так просто уйти не получится. Толпа, собравшаяся вокруг, уже плотно обступила и повозки, и обвинителя, и его группу поддержки.
— Я местный! — тем временем гордо заявил обвинитель.
— Так и я тоже местный! — радостно заявил Муся.
— Во брешет! — хохотнул кто-то из зрителей.
— Вот сегодня местным и стал! Я-таки даже комнату в гостинице снимаю! — гордо заявил Муся. — А значит, у меня, можно сказать, прописка есть. А ты, а? Где ты квартируешься, мурло наглое?
— Так он бродяга! — сразу же включился в беседу всё тот же торговец из ближайшей лавки. — Спит в палатке рядом с банями Ласпорки. Сам видел!
— А ну тихо! — главный торговец каравана Пра-ска поднял руку, и толпа немного притихла. — Хватит тут орать.
