Судя по взглядам начальства, примерно это они и подозревали. Но хотели убедиться в своих подозрениях.
— Думаю, — сделал вывод Гамаль, — сами высшие силы направили нас сегодня на охоту. Следуйте за нами в Игенборг.
Стоявший рядом с ним игенборгец с янтарными глазами — а по другим признакам я пока отличить их не могла — крикнул что-то на своем наречии. Раз, и все воины дружно разошлись. Часть поехала впереди, а часть растянулась так, что экспедиция оказалась окружена ими.
Под защитой или с сопровождением? Я передернула плечами и с трудом удержала поводья в пальцах. Рука так и тянулась к мечу. Но что-то мне подсказывало, что подобный жест сейчас будет излишним.
— Арджана, — шепот дипломата раздался совсем рядом.
Иррилий ехал и при этом смотрел куда-то вперед. Его губы почти не шевелились, пока он говорил:
— В этой стране не привыкли видеть женщин-воинов. Не удивляйтесь, если на вас станут обращать пристальное внимание. Здесь женщины сидят дома и хранят очаг для своего мужчины. В Игенборге предпочитают не вмешиваться в чужие традиции, но при этом очень не любят, если начинают осуждать их законы. Потому… сдерживайтесь."
"И тут же отъехал в сторону, не давая Риграссу повода заподозрить нас в чем-то. Капитан как раз повернулся ко мне. Но дипломат уже беседовал о чем-то с Адарантом. А я сидела, едва ли не дымясь от возмущения. То есть мне сейчас намекнули не бить никому морду, если обзовут слабой женщиной и скажут, что мое место у очага?
Нарры вас за ногу!
* * *К Игенборгу мы подъехали уже в сумерках. Перед въездом в город вышла небольшая заминка. К Адаранту подъехал командир игенборгцев и что-то начал ему втолковывать. Смотрели почему-то в сторону Аррши и меня. После недолгого совещания игенборгец дал указания своим людям, и ко мне подъехал воин с янтарными глазами. Протянул кусок ткани.
— Покройте корфой голову и скройте лицо. В Игенборге не принято женщинам ходить с непокрытой головой.
Голос был приятный, но вот мне совсем не понравились властные нотки.
— Я не женщина, я — воин императорских войск, — возразила в ответ, косясь на ткань, в протянутой руке и обратив внимание на аристократические длинные пальцы. Смуглая кожа с приятным оливковым оттенком, на указательном пальце след от кольца, как будто он недавно его снял.
— В городе с открытым лицом ходят лишь женщины, открытые для свободных отношений. Гетеры любви, — пояснил он, видя мой взгляд. — Мне кажется, вам бы не хотелось, чтобы вас приняли за одну из них.
— А почему вы скрываете лица? — не сдержала я любопытства. А заодно тянула время, не зная, как поступить. Кутаться в ткань считала ниже своего достоинства, но и нарываться на неприятности в чужом городе не хотелось. Ведь нельзя будет уже сказать, что не знала или не предупреждали.