Автор
Арджана шагнула на территорию казарм и мгновенно оказалась в центре внимания: все дружно кричали "Птичка вернулась!" Ее не любят клички, но тут никто не спрашивал ее мнение. Эмоции скрывать нельзя, особенно страх — он вот-вот вырвется наружу. Она резко свернула поводья в улыбку Красавчику и поставила его на место. Уважаю старика за смелость, хотя сражаться ей не нужно....
Представив на миг, что и сама сегодня могла оказаться в ее положении, поежилась. Хотя я никогда бы не смирилась с неволей! Скорее бы предпочла принять смерть с мечом в руках, чем покориться.
— Я думаю, что этот вопрос лучше завтра обсудить со старшей супругой акифа. Если она замолвит за тебя словечко, советник не сможет ей отказать.
Дианта задумчиво кивнула, а потом посмотрела на меня и улыбнулась.
— Еще раз поздравляю вас с помолвкой. Это было так романтично!
— Благодарю, — скупо ответила я. Кто бы знал, что за этот вечер едва не поседела от нервов!
Провела по обручальному браслету кончиком пальца, удивляясь тому, что он меня совсем не раздражает и не мешает, хотя я не любительница украшений и всем браслетам предпочитаю наручи.
— Дианта, а зачем ты хочешь встретиться с Тильдой? — перевела тему я. — Неужели собираешься с ней остаться?
— Нет! — Теперь настала ее очередь ежиться. — Прохладно уже, — оправдалась она, и я сделала вид, что поверила.
«Но если она, терзаемая чувством мифической вины, решит вернуться к родственнице, лично свяжу и позабочусь, чтобы выкинула из головы эту глупость», — решила про себя.
— Понимаете, хочу убедиться, что у нее все хорошо. Как бы там ни было, не прощу себе, если с ней что-нибудь случится.
— Она станет женой советника. Это не наложница, — напомнила ей, что Тильде еще повезло. С такими женами, как у акифа, ее бы ждала затяжная война с соперницами.
Дианта все равно продолжала смотреть упрямо.
— Поступай, как считаешь нужным, — вздохнула я, сдаваясь, — но не позволяй больше собой манипулировать.
Дальше мы ехали молча до самого поместья, каждая думая о своем. Во дворе было непривычно пусто, если не считать дежурных, среди которых с мрачным видом слонялась Аррша. Наше помпезное возвращение она проводила презрительным взглядом, за которым скрывалась обида.
Я понимала ее недовольство. У любого орка в крови любовь к хорошим пирушкам и шумной компании, а ей не разрешили покинуть поместье вместе со всеми.
Пустые телеги, на которых везли подарки, сиротливо стояли у стены, и Аррша, игнорируя нас, подошла к одной из них.
