Автор
Арджана шагнула на территорию казарм и мгновенно оказалась в центре внимания: все дружно кричали "Птичка вернулась!" Ее не любят клички, но тут никто не спрашивал ее мнение. Эмоции скрывать нельзя, особенно страх — он вот-вот вырвется наружу. Она резко свернула поводья в улыбку Красавчику и поставила его на место. Уважаю старика за смелость, хотя сражаться ей не нужно....
Придется справляться самой, но мне не впервой себя защищать.
А тебе, Адарант, теперь лучше ходить с оглядкой. Я такого не спущу!
* * *Одевалась я с особой тщательностью. Насчет корфы сомневалась дольше всего. С одной стороны, не хотелось нацеплять на себя до оскомины надоевшую ткань, ставшую теперь символом Игенборга, но с другой — по городу без нее передвигаться нельзя, если не хочешь проблем. Мне пока и имеющихся хватало, поэтому нехотя надела. А вот насчет кинжалов колебалась недолго. Все брать не стала, только один спрятала на теле.
Когда вышла, во дворе слонялось непривычно много солдат, чувствующих, что происходит что-то необычное. Меня дожидался паланкин, возле которого стоял Адарант. Стало приятно, что при виде меня его лицо стало медленно наливаться кровью.
— Капрал Маррингл, — прошипел он, — я, кажется, ясно выразился, что от вас требуется.
— Как вы верно напомнили мне, я капрал при исполнении, находящийся на службе империи. — Я щелчком пальцев сбросила невидимую пылинку с парадного мундира.
Думал, что я разукрашусь, как гетера, и платье на себя натяну? Накось выкуси! А если акифу придется мой внешний вид не по нраву, может, пожелает видеть кого-нибудь другого в своей постели.
— Немедленно переоденьтесь!
— Нет, — твердо ответила я. — Да и не во что. Все мои платья пришли в негодность.
— Одолжите у соседки. Или я распоряжусь, вам принесут наряд.
— Боюсь, он тоже придет в негодность, — глядя поверх его головы, убежденно сообщила я.
Недолгая борьба, и Тиуссон сдался. Игнорируя его, я прошла как мимо пустого места. Села в паланкин и отправилась навстречу своей судьбе.
Глава двадцать восьмая
Высокие белоснежные стены дворца производили мрачное впечатление в сгущающихся сумерках. В этот мой приезд под ними уже не жгли костры, и празднующих солдат не было. Пустынная подъездная дорога, лишь по обеим сторонам ее горели факелы, освещая путь. Покинув паланкин, я представилась страже:
— Капрал Маррингл.
— Вы к кому?
— К акифу, — сообщила я, удивляясь, что меня совсем не ждут.
— Вам назначена аудиенция?
А вот тут я зависла, понятия не имея, что ответить. Но если акиф ждет, что я начну сама ломиться к нему, добиваясь встречи, то напрасно.
— Не знаю. У меня есть приказ моего начальства посетить дворец, — осторожно подбирая слова, ответила я.
— Айна, нам о вашем визите ничего не известно.
