Автор
В больнице шумит медленный ритм жизни — скрип каталок и нерешительные шаги врачей. Медленно приходишь в себя после тяжелого ранения. В глазах светятся сомнение и страх, но ты настаиваешь: «Первая» — так быстро прошёл мимо вопроса о группе крови.
Похоже, «Особые полномочия на любовь» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Мы оказываемся лицом к лицу.
— Мы не поедем к Вам? — растерянно.
— Не сегодня.
Веду ее к двери подъезда. Внутри все переворачивается. Мне, блять, еще хуже теперь…
Останавливаю ее, разворачивая к себе. Безумно хочется поцеловать! Но после ее заявления это сделать невозможно. И я опять рисую пальцем на ладошке, вглядываясь в тревожные глаза.
— До завтра.
— Я что-то сделала не так?
Это в смысле: согласилась трахаться за должность? А теперь смотришь на меня, как раненый бемби? Конечно не так, милая!
Ее пальчики несмело зависают возле моего лица. И… что-то лопается у меня внутри в предвкушении этого прикосновения. Дыхание срывается. Я презираю себя за то, что ведусь на этот суррогат ласки, которую она извлекает из себя через силу.
Пальцы скользят по моей скуле. Я перехватываю их, отвожу руку вниз.
Пиздец какой-то! Что ж так хреново-то все?!
— Прикасаться ко мне не надо, — отстраняюсь я. — Если захочу — прикоснусь сам.
И она опять едва скрывает эмоции. Неприятно тебе? Давай, пошли меня на хуй, девочка. Пожалуйста. Не прогибайся!
— Хорошо.
Мне хочется проораться.
Почему ты это делаешь? Зачем?
— Жду тебя с утра на службе.
Разворачиваюсь и быстрым шагом ухожу. Я выясню — почему.
Глава 25
Неуместный
ИванНаша смена подходит к концу, медики уже меняются. От усталости слипаются глаза, и задница уже болит сидеть на этом неудобном стуле, что стоит у дверей в палату. Встаю, делаю несколько шагов туда и обратно.
Телефон прожигает карман, но по уставу пользоваться им в карауле нельзя. Отхожу на минуту к окну. Достаю его… Мое сообщение прочитано, но в ответ ничего. Прячу.
Блять, сам бы добил этого ущербного. Из-за него теперь такой облом с Ярой. Но он начальству нужен живым…
— Зольников, дай сигарету, — просит старшина.
— Неа, последняя. У самого уши вянут.
— Скоро там?
— Должны сейчас подойти.
Захожу в палату, наш медик поднимает на меня взгляд.
— Посмотреть хочу на него. В задержании участвовал…
А лиц до сих пор вспомнить не могу.
— Ну посмотри. Малоприятное зрелище.
Вместо лица мясистые рубцы, как у Фредди Крюгера. Мда… хрен тут узнаешь. Черты лица не угадываются. Единственное, что отмечаю для себя — нос с горбинкой.
— Эй, капитан, смена!
Поспешно выхожу. Нас меняют. У больницы ждет микроавтобус, который развозит бойцов. У них теперь сутки отсыпной, а у меня всего 12 часов. По приказу полковника капитаны должны являться в казармы на установочные перед рейдами.
В автобусе укачивает, пара моих пацанов вырубается.
