Автор
Боец альфа-подразделения Иван и его дядька-полковник — два холостяка с противоположными взглядами на женщин. Когда на их пути появляется одна девушка, интересы мужчин сталкиваются, заставляя их пересмотреть свои убеждения. Страсть, конфликт и неожиданная любовь разрушат их холостяцкий мир.
Похоже, «Особые полномочия на любовь» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
И я не выхожу. Просто притормаживаю, превращая поцелуй в медленный и ласковый. Успокаивающе поглаживаю ее все еще дрожащее после оргазма бедро. Заглядываю в лицо. Глаза закрыты. Ресницы подрагивают…
Мне мало! За своим кайфом я почти не поймал ее. А так хочется просмаковать еще раз ее оргазм. Целуя в шею, смещаюсь, входя в нее двумя пальцами, сгибаю их, втыкаясь подушечками вверх. Резко сжимается, шокированно распахивает глаза, неуверенно хватаясь за мою руку.
— Вик…
Накрываю ее рот своим, делая несколько рывков пальцами внутри. Сдавленные вскрики в мой рот. Сжимает мою руку, пытаясь притормозить движения.
— Открой глаза…
Едва открывает… Ошарашенный поплывший взгляд. Перехватываю ее пальцы, и перекладываю на клитор.
— Погладь себя. Не останавливайся.
Возвращаюсь внутрь нее, продолжая вколачиваться пальцами в чувствительное местечко. Бедра судорожно выгибаются мне навстречу. Несдержанно мычит от удовольствия, сжимая губы.
— Открой рот…
Губы послушно распахиваются.
— Язык… дай мне его… еще… не закрывай… двигай пальчиками… быстрее…
Прохожусь своим языком по ее приоткрытому рту, облизывая послушно высунутый язычок и усиливая рывки. С воплем судорожно выгибается, закатывая от удовольствия глаза.
— Вот так… хорошая девочка… моя…
Засовываю в рот ей пальцы, которыми трахал. Ее лицо горит. Зажмурившись, она послушно обхватывает их губами. Теплый язык скользит по подушечкам… Не удержавшись, трахаю пальцами ее рот чуть глубже.
— Проглоти их… — шепчу я.
Глотательное движение… Задохнувшись и немного давясь, уворачивается. Рыча от возбуждения, целую в приоткрытые губы.
— Продолжим?
— Нет… — чуть слышно.
— Что-то не так? — вглядываюсь в ее глаза. — Больно сделал? Неприятно? Говори.
Отрицательно качает головой.
— Я просто…
— Ну?
— Отвыкла…
— У тебя давно не было мужчины?
Кивает.
— Хорошо…
Меня немного отпускает ревность к племяшу. И становится гораздо легче глубже дышать. Переворачиваю на живот. Ложусь лицом на влажную спину. Глажу ягодицы… Хочу еще!
Но… пусть отдохнет. Завтра.
А то съесть — съел, а покормить — не покормил. А надо покормить…
Убираю волосы с лица, утыкаясь губами в ушко. И я понимаю, чем нужно кормить эту девочку, чтобы она расслабилась окончательно. И я кормлю…
— Все будет хорошо… Я тебе помогу… Ты — моя женщина… Моя любимая женщина…
Но что-то идет не так. Чувствую — наоборот, напрягается.
— Нет… — кусаю в плечо. — Ничего не получится скрыть. Я из тебя вытащу, вытрахаю, вытрясу.
