В Подмосковье разворачивается драма вокруг исчезновения и жестокой резни. За интригой следят за событиями, связанные с Иваном Николаевичем Большаковым и его окружением. Сюжет раскрывает мотивы предательства и изощренного обмана, скрывающиеся за внешним спокойствием.
Эта страница Chitat.online посвящена книге «Особый талант»: читатель видит описание, автора, жанры и может сразу перейти к чтению полной версии в браузере.
В Подмосковье разворачивается драма вокруг исчезновения и жестокой резни. За интригой следят за событиями, связанные с Иваном Николаевичем Большаковым и его окружением. Сюжет раскрывает мотивы предательства и изощренного обмана, скрывающиеся за внешним спокойствием.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
читать текст Сергей Александрович Куприянов Легкое чтение Детективы подборки серии
В Подмосковье разворачивается драма вокруг исчезновения и жестокой резни. За интригой следят за событиями, связанные с Иваном Николаевичем Большаковым и его окружением. Сюжет раскрывает мотивы предательства и изощренного обмана, скрывающиеся за внешним спокойствием.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Мамай настаивал, что надо просто взять его в жесткий оборот — прихватить и подержать недельку в подвале или жену украсть и назначить за нее выкуп. Может быть, и так придется делать, но лучше до этого не доводить. Хотя теперь, конечно, похищать труднее будет — Живчик насторожился. Вон даже машину не пожалел, когда удирал. Эх, Митя, Митя, Митя-дурачок. Теперь мы тебе пресс немножко отпустим. На денек, скажем. А потом снова и еще сильней надавим. Психика у него не железная. Муха это хорошо знал, сам нервничал, когда обнаруживал за собой слежку. После недели такого пресса с человеком уже можно начинать разговор. Он мягким становится, податливым. Прямо как воск.
— Значит, так, — подвел он итог разговору, недовольно хмуря брови. — Сегодня вы, можно сказать, ничего не сделали. Поэтому я вам ничего не заплачу за работу.
— Василий Иванович! Ну ведь он от кого хочешь мог уйти.
— Не знаю и знать не хочу ни про кого другого. Впредь вам наука будет. Ну ладно, держи на бензин. — Он достал из кармана несколько купюр и бросил на стол перед столбом торчащим Эдиком. — Завтра отдыхайте. И думайте! А вечером приходите ко мне. Оба! Нечего этому твоему Гешке от меня прятаться.
— Прячется. И тебя вместо себя вперед выставляет. Так ему и скажи. Все! Ступай.
12 января. Подмосковье. 15 час. 50 мин
Пашков пятый день отдыхал в доме отдыха, принадлежащем Союзу писателей. Официальным поводом была встреча писателей-фантастов, и, хотя сам он давно не писал произведений фантастической тематики, его пригласили по старой памяти, а точнее, после того, как он пообещал ответственному секретарю, в прошлые годы довольно известному писателю, который в последнее время не издавался, посодействовать в продвижении его новой книги. Пашков сделал это с легким сердцем, хотя проще было бы просто заплатить, но это могло бы быть воспринято как дурной тон, как жест так называемого нового русского, которым он ни в коем случае не хотел выглядеть.
В последнее время у него самого не все ладилось с писанием книг. Азарт пропал, что ли. Даже не азарт, а скорее кураж, некое внутреннее состояние, без которого невозможно сделать ничего стоящего. Много сил, как он для себя вывел, занимала его скрытая от посторонних глаз деятельность. Не времени, а именно сил, душевного резерва.
По осени он купил небольшую долю одного известного издательства. И если бы это произошло раньше, то он гордился бы этим безмерно и не без гордости хвалился бы этим. Что может быть лучше для профессионального писателя, чем владение издательством? И гонорары сразу стали не в пример больше, и чувство уверенности появилось. Но сейчас он не мог афишировать эту сделку.
