Скорее всего ему удалось бы избежать аварии. В первый момент машина резко сбросила скорость и ее начало разворачивать. Но это был как раз тот момент, когда передние колеса находились на участке сухого и относительно чистого асфальта. А дальше была размазанная по нему глина, извлеченная из траншеи, перемешанная со снегом. С вечера в Москве установилась теплая погода. Синоптики объясняли это пришедшим с Атлантики теплым циклоном. А тут еще и солнце вдруг выглянуло. В результате перед траншеей на асфальте образовалось рыжее глинистое месиво, на котором машина заскользила как на льду. Инерция понесла ее к траншее, из которой торчали концы балок, и что-либо сделать было невозможно. Если бы Гешка в свое время проявил больше терпения, его бы научили, как поступать в подобных ситуациях, но сейчас он растерялся, пытался тормозить, колеса превратились в подобие лыж, и тяжелая машина боком влетела в траншею. Две балки пробили салон. Одна прошила его на уровне заднего сиденья, не причинив никакого вреда. Зато вторая попала в боковое стекло, снесла закричавшему Гешке голову и врезалась в селезенку повисшего на «торпеде» Эдику, сломав его тело пополам.
Матвей и один из его людей выскочили из машины и подбежали к траншее, из которой меньше чем наполовину торчал кузов легковушки. Достаточно было одного взгляда, чтобы понять — живых тут нет и помогать некому. Ловушка удалась на славу и даже с большей эффективностью, чем планировалось. Теперь следовало встречать следующих гостей.
Работающие на Муху парни обладали целым букетом достоинств. Были упорными, молодыми, рискованными, жадными до жизни и денег. В обыденной жизни этих достоинств с лихвой хватало на то, чтобы добиться результатов. Не учли они только одного обстоятельства: они вышли играть против людей, имеющих профессиональную подготовку и не забывших еще, что такое дисциплина.
Пока Матвей в кажущемся бездействии сидел в своей квартире под присмотром приставленных Мухой наблюдателей, вокруг происходила незаметная постороннему глазу деятельность. За самими наблюдателями тоже присматривали и ночью засекли их контакт с невзрачными «жигулями» шестой модели синего цвета, после чего те были взяты под наблюдение, благо что для этого не требовалось ни санкций, ни приказов, ни долгих споров. «Шестерка» стояла метров за четыреста от дома Матвея, и из технических средств она как минимум была оснащена сотовым телефоном, пользование которым было зафиксировано. Не вызывало сомнения, что это машина поддержки, и, скорее всего, она идет по пятам. То есть с минуты на минуту ее можно было ждать. Ну а то, что после гибели первого экипажа второй, в котором под утро было два человека, будет вести себя более агрессивно — и подавно.