В Подмосковье разворачивается драма вокруг исчезновения и жестокой резни. За интригой следят за событиями, связанные с Иваном Николаевичем Большаковым и его окружением. Сюжет раскрывает мотивы предательства и изощренного обмана, скрывающиеся за внешним спокойствием.
Эта страница Chitat.online посвящена книге «Особый талант»: читатель видит описание, автора, жанры и может сразу перейти к чтению полной версии в браузере.
В Подмосковье разворачивается драма вокруг исчезновения и жестокой резни. За интригой следят за событиями, связанные с Иваном Николаевичем Большаковым и его окружением. Сюжет раскрывает мотивы предательства и изощренного обмана, скрывающиеся за внешним спокойствием.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
читать текст Сергей Александрович Куприянов Легкое чтение Детективы подборки серии
В Подмосковье разворачивается драма вокруг исчезновения и жестокой резни. За интригой следят за событиями, связанные с Иваном Николаевичем Большаковым и его окружением. Сюжет раскрывает мотивы предательства и изощренного обмана, скрывающиеся за внешним спокойствием.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Другой безразличен к собственной внешности, но зато (или вместо?) ведет активную культурную жизнь — много читает, интересуется политикой, по возможности — когда есть деньги — ходит по театрам и даже состоит в ячейке одной демократической партии. Третий безразличен к антуражу и озабочен исключительно добыванием хлеба насущного. Четвертый из всех достояний человечества больше всего ценит телевизор и личную независимость, лежание на диване, чередуя со спортом. Этакий тип нового Обломова. И так по кругу два часа. Пашков слушал, задавал вопросы, делал пометки на своих бумажках, комментировал, спорил, снова писал и кусал кончик дешевой гелиевой ручки.
В конце концов Матвей сказал, допив вторую чашку кофе, щедро заправленную сахаром:
— Давай потом, а? Завтра, что ли. Я уже забодался. И вообще, это ни к чему не приведет — точно тебе говорю.
Насколько Пашков был наслышан, когда именно в таком состоянии находится допрашиваемый, когда он устал и просится на отдых, во время квалифицированно-жестких допросов из него и начинают вытягивать самую эффективную информацию, при этом то запугивая его, то ловя на крючок скорой поблажки в виде отдыха, освобождения либо просто сигареты. Но он таким приемом пользоваться не мог и не стал — не те у них отношения. Да и сам он порядком устал, в течение длительного времени выслушивая и анализируя то невнятные и короткие, а то длинные и расплывчатые рассуждения партнера.
Матвей отправился домой, и Пашков не удержался от напутствия быть поосторожнее, за что был награжден откровенно неодобрительным взглядом; его партнер считал, что в такого рода наставлениях он не нуждается.
После длинного и напряженного разговора в голове стояла муть, которую хотелось развеять. Одним из лучших средств для избавления от такого состояния Пашков считал хороший боевичок. Пиф-паф. Стрельба-погони. Напряженный диалог и лихо закрученный сюжет позволяют настолько отвлечься, что на какое-то время забываются собственные проблемы, которые по прошествии времени начинают казаться не столь значимыми и необоримыми. Хорошая пословица — утро вечера мудренее. А просмотришь киношку, в которой протекает если не вся чья-то жизнь, то солидный ее кусок, да еще со смертями, с остротой и не идиотская — вроде как та самая заветная ночь и прошла.
За последний год у Пашкова образовалась изрядная подборка видеокассет. Сотни четыре, не меньше. На руках постоянно были свободные деньги и, проходя мимо заведений, торгующих видеокассетами, он частенько останавливался, выбирая фильмы из тех, про которые что-то слышал или читал. По большей части попадалась нечто неудобоваримое, которое он в кругу семьи характеризовал как дрянь, но набрались и вполне приличные картины.
