Арлиса взмокла и напугана, каждый рывок волн означает битву за жизнь. В свете мгла и полуденное солнце создают непостижимое мерцание над головой и на поверхности воды. А рядом — еще одна громадная волна, готовая унести ее обратно к тьме глубин.
– У тебя богатый словарный запас, малышка. Так, сиди тут. И сохрани свой носик в целости и сохранности.
С этими словами он скинул меня на постель, а сам одним прыжком оказался за дверью. Ну а мне оставалось только барабанить по ней и ругаться.
– Это нечестно! – рявкнула я. – Эй!
Но дверь каюты Рейна сделана на совесть. Из массивного дерева, такое и толпе пиратов не выбить. Даже агрессивно настроенных.
– Рыжик, да расслабься ты, – прогудел Рэм с той стороны двери.
– Выпусти меня! Это насилие!
– Неправда. Это помощь ближнему.
– Я их каждый день вижу!
Пнула дверь, но лишь отбила ногу и зашипела от боли.
– У нас рожи приличные, – возмутился Рэм. – А там отморозки, кишки рыбьи, обезьяны драные, им место на рее, а не в морях.
Я прислонилась к теплому дереву. Голос Рэма звучал совсем близко, тролль гудел как огромный колокол. Таким басом только нарров на болотах пугать.
– И это говорит пират!
– Ну, Рыжик, знаешь, у нас тоже какой-никакой кодекс имеется.
– Рэм!
– И после того как использовать, не убивать, – продолжал кок. – Не бросать акулам и не хохотать, глядя, как они пытаются спастись. Видишь ли, Арлиса, лучше сражаться с равным себе.
– А грабить?"
"– А грабить всех неосторожных! – захохотал Рэм. Я зажала уши, иначе могла бы оглохнуть. Потом опустила руки и прислушалась. Так, кроме пыхтения Рэма до слуха еще долетали голоса. Один – Рейна, а другой – резкий и громкий – оказался незнакомым.
– Это кто верещит? – поинтересовалась у кока.
– Это капитан «Морского нарра». Далмат Кровавый.
– Он сам себя так назвал?
– Вообще да, – хрюкнул Рэм. – Но он редкостный отморозок. Поговаривают, склонен к припадкам ярости, например, одного из пленников просто разодрал голыми руками. И велел его кишки развесить по мачтам.
Я сглотнула и попросила без подробностей.
– Они просто разговаривают? – поинтересовалась осторожно. Слов разобрать не могла, но, судя по интонациям, там не обменивались любезностями.
– Ну… Далмат говорит, что проще поделить добычу, так как он не хочет унижать Морского Демона. Рейн интересуется, как именно тот собирается его унизить. Ну и заодно сообщает, что добычей ни с кем не делится. Так как слишком жадный. И команда у него такая же жадная и вредная. О, Далмат сообщает, что слава Рейна слишком раздута.
– А говорили, что там три корабля.
– Ага. Чую, это трио сговорилось.
