Арлиса взмокла и напугана, каждый рывок волн означает битву за жизнь. В свете мгла и полуденное солнце создают непостижимое мерцание над головой и на поверхности воды. А рядом — еще одна громадная волна, готовая унести ее обратно к тьме глубин.
Ветер скребся в окно, бросался мириадами снежинок.
А затем все прекратилось так же резко, как и началось. Разве что снег ослепительно сверкал под выглянувшим солнцем.
Выйдя из комнаты, я сразу же наткнулась на двух стражей в серебристой форме. Они замерли по обе стороны от двери. Нет, пленницей я не была. Но стража следовала за мной повсюду, как тень. Тогда как прежде я могла бродить везде, где вздумается, и никому бы в голову не пришло следить за мной.
Попытки поговорить с Дэриэном ни к чему не привели.
К тому же меня терзали страхи. Они появлялись вечерами, мучили во сне и лишь наутро немного ослабевали. Алин успокаивал, говорил, что такое состояние нормально для будущей матери. И советовал пить успокаивающие зелья. Я кивала, но пить их боялась. В отличие от меня, Дэриэн известию о беременности не обрадовался.
В окно я увидела, как возвращается Дэриэн. Как всегда, верхом на Мраке, один. Саар нервничал, но не смел ослушаться своего господина. Да и кто осмелился бы напасть на ледяного мага в его землях? Безумец, не иначе…
Точно ощутив мой взгляд, он вскинул голову. Не знаю, увидел ли меня с такого расстояния, но почувствовал – точно.
Иногда я подозревала, что руны же и являлись причиной страхов. Пусть и отчасти. Каким-то образом часть боли Дэриэна передавалась мне.
Лишь бы ребенку не навредило все это…
Я проводила Дэриэна взглядом, он уже спешил в сторону королевских конюшен. И со вздохом отошла от окна. Что делать? Вернувшись во дворец, который столько лет считала домом, теперь я ощущала себя здесь чужой. Меня тяготил холод, вечная зима за окнами, взгляды придворных.
Когда двери в комнаты распахнулись, я только успела задремать. Сонливость теперь стала моей постоянной спутницей. Алин сказал, что это тоже нормально. И посоветовал спать, если спится. Мол, реакция организма и ничего страшного.
– Ты любишь его? – прямо спросил Дэриэн.
Он стоял передо мной все еще в отороченном мехом плаще.
