Автор
Кира наступила на подножие лестницы и задержала дыхание. Невысокий дом соседей выглядел покинутым: окна были тускло освещены, забор зарос хостой. Это было необычно — обычно Кирилл Багров приветствовал каждую встречу на улице. Кира знала его с детства и чувствовала себя неладно, глядя в отсутствие своего маленького друга....
Тагаевы что-то там говорят, я же почему-то ежусь под взглядом Демьяна, а когда он приближается и сгребает меня в охапку, вообще в ступор впадаю и веду себя, как безвольная кукла.
– Вот как, значит, – шепчет мне на ухо. – А отец обещал, что ты моей будешь.
Я его натуральным образом боюсь, но Демьян отстраняется, кривовато усмехается и отходит. Я же… я сразу за Кирилла хватаюсь. Обнимаю его руку и буквально повисаю на ней. Он, по застывшему телу чувствую, напряжен.
– Пойдем подышим, – предлагает и уводит меня от бесконечной толпы гостей.
Выходим с ним на небольшую веранду, расположенную в левом крыльце ресторана. Там только пара официантов. Стоят, курят, но при виде нас сразу же сигареты тушат и ретируются. Оставляют наедине.
У меня учащается сердцебиение, когда Кирилл опирается на ограждение веранды и поворачивается ко мне. Проходится по мне взглядом, словно сканером, прощупывает.
– Что он тебе сказал? – задает вопрос.
– Демьян? – переспрашиваю и после утвердительного кивка молчу.
Не знаю, что ему говорить.
– Поздравил…
– Ты испугалась.
– Он мне неприятен, – говорю чистую правду.
Ухаживания Демьяна Тагаева мне всегда были неприятны и непонятны. Мы друг другу не пара, хоть и ровесники. Он – разгульный мажор, а я… я влюблена в своего мужа.
– А что? Ты ревнуешь? – спрашиваю игриво.
Мне хочется, чтобы он прекратил быть таким серьезным. Сегодня наша свадьба, а он хмурится и смотрит на всех как-то подозрительно. Так и хочется подойти ближе и разгладить складку, что залегла между его бровей. Хочу, чтобы вместе со мной радовался. Улыбнулся хотя бы раз. Я ведь знаю, что он умеет, хоть и не показывает этого другим. Он ведь не всегда был таким серьезным, умеет веселиться, я знаю.
– Кира… – ни тени улыбки на лице.
– Что? Это невозможно… ревновать свою жену?
– Невозможно, – вгоняет меня в краску.
– Почему? – шепчу.
Улыбка на моем лице гаснет, когда он так со мной разговаривает.
– Потому что ты согласилась выйти за меня замуж, Кира, а это безоговорочная верность.
– С твоей стороны тоже?
– Верно.
Это меня хоть и успокаивает, но разбушевавшийся внутри ураган утолить довольно сложно. Это потому, что ярость вспыхивает во мне, стоит вспомнить о Лике, снующей среди гостей.
